[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Джерри кивает, думая, понимает ли она сама, что говорит о них - это для их блага, вот как. Не для нашего, а для их, как будто не относит себя к тем людям, что сейчас в церкви. А если так, то к кому она себя относит? И к кому она относит его?
- Не для их, Клэр.
Она смотрит на него с вопросом в глазах. Она не понимает, о чем он, и Джерри думает, не его ли это вина, что она даже не понимает, что отделяет себя от других.
- Для нашего блага. Нет никаких их. Есть только мы - и мы все испуганы, все совершаем ошибки, все говорим слова, которые не должны говорить, и делаем то, чего не должны делать. Просто помни об этом и не набрасывайся на Алису. Как и та медсестра, которая ударила тебя, она просто очень испугана, но не хочет тебе вреда.

Клэр подходит совсем близко к ограде, зовет его, но он смотрит вверх - над северной частью острова кружатся несколько вертолетов. Он прищуривается, вглядываясь в небо, считает - целых три металлических птички, и даже отсюда на их боках не видно ни эмблем телеканалов, ни знаков гражданской авиации. Это военные вертолеты, и Джерри хотел бы знать, что они там забыли - может быть, эвакуируют жителей Манхэттена?
- Не подходи совсем близко, Козявка, - просит он, как будто ей шесть. - И не зови меня сладким пирожочком. Я потратил годы, чтобы эти мальчишки и девочка начали хоть немного принимать меня всерьез, а ты все портишь.
Это, конечно, не так - не годы, но прошло достаточно месяцев, пока они не начали доверять ему, да и прозвище не из тех, за которые стыдно, но Клэр едиснтвенная, кроме ее матери, которая так звала его, и это возвращает его в прошлое. Не так далеко, как ее детское, невинное прозвище, но слишком далеко возвращает, заставляет думать о том, о чем не честно думать по отношению к Клэр.
Он хватается за прутья подальше от мертвых рук, встряхивает - нет, ограда выдержит настоящий штурм, к тому же бетонное основание мешает мертвецам навалиться как следует, об этом можно не беспокоиться. Беспокоиться следует о том, что их стало больше - к прежним троим прибавился еще как минимум десяток, среди них и тот толстяк, не желавший покидать свой мерседес, пока не стало слишком поздно. Он выглядит хуже всех - обглоданное лицо обнажило даже кости черепа, половина скальпа свисает на залитую кровью когда-то белую майку.
У него из кармана джинсов торчит край чего-то, что выглядит как край ламинированного удостоверения.
Джерри примеривается и так и сяк, и наконец выбирает момент - подскакивает к самой ограде, хотя только что просил Клэр не подходить слишком близко, сует руку между прутьев...
Его тут же хватает за запястье в прошлом миловидная девушка в легком платье - сейчас мертвая, разумеется, со следами укусов на руках и плечах - но Джерри уже вцепляется в удостоверение в кармане толстяка, дергает руку назад.
Мертвая девушка не отпускает, даже когда Джерри втягивает руку на свою сторону ограды - так и продолжает держать его за кисть, тянется мертвым лицом, вжимаясь в прутья с таким упорством, что на миг ему кажется, что она сейчас просто продолжит давить, пока не просунет голову, а затем не пролезет и вся целиком. Эта картина так ярко предстает перед его глазами, что он дергает рукой еще сильнее, бьет о прутья, выкручивает кисть - и ее рука ломается,  просто ломается, лучевая кость, вот как это называется, с сухим хрустом рвутся сухожилия... Открытый перелом на удивление бескровен, как и раны Гэйба - просто какая-то черная густая жижа, заменяющая этим существам кровь, скапливается на обломках кости, он с легкостью выдергивает кисть из ее пальцев, но она, будто не заметив этого, продолжает разевать рот, издавая этот глухой стон, обдирая лицо о чугунный прут.
Джерри инстинктивно вытирает руку о джинсы, смотрит на добычу - Рэй Донован, продавец-консультант автомобильного салона.
Ну что же, по крайней мере, когда придет время искать родных и близких, он, Джерри, сможет рассказать, что случилось с Рэем Донованом.
Если, конечно, сам останется жив.
И эта мысль отпечатывается, должно быть, на лице Джерри, когда он поворачивается к Клэр.
- Это не оружие, Клэр. Это люди. Такие же люди. Пошли обратно. Попробуем убедить всех, что мы можем доверять друг другу.
Потому что у него мороз по коже от того, о чем она говорит - о том, что кто-то мог решить, что зомби, полученные из живых людей, из гражданских, могут быть идеальным оружием. О том, что они будут разлагаться - двигаться и разлагаться, не получив покоя. О том, что над ними стоит провести пару-тройку экспериментов.
И от того, как она об этом говорит, у него тоже мороз по коже - та Клэр, которую он знал и любил, как младшую сестру, никогда не была такой. Эта новая Клэр ему почти незнакома. Эту Клэр он не хочет называть Козявкой.
Джерри задерживает взгляд на пустой кобуре на бедре полицейского - наглядное свидетельство, что даже оружие не может решить проблему - и первым разворачивается к церкви.

- Ну что? - мрачно интересуется Том, когда они возвращаются, и Джерри видит, как он пристально оглядывает их с Клэр с головы до ног, оссобенно открытые участки тела. Ну что же, эти люди явно знают, чем опасны укусы, поэтому Джерри и надеется на понимание.
- Мы... сделали то, что нужно. Никто не пострадал. Он не мучился.
Том усмехается - довольно неприятно.
- Это слово к этим тварям, - он осекается, когда замечает взгляд Джерри.
- Позже я похороню пастора Стоукса, и буду благодарен всем, кто поблагодарит Бога за то, что Габриэль Стоукс открыл нам эту церковь в час нужды, - ровно заканчивает Джерри. Это последнее, что он может еще сделать для Гэйба, и никакие взгляды Тома или Алисы не заставят его передумать. К тому же, впереди сутки - и их нужно будет чем-то занять. Джерри считает, что напоминание о моральных обязательствах по отношению к мертвым не помешает.
Он кидает короткий взгляд на Клэр - нужно переходить к другому.
- Он был укушен, вы, должно быть, и сами видели. Насколько нам известно, его укусили вчера вечером, так что мы располагаем кое-какой информацией о протекании болезни. Полагаю, если отследить ее на ранних стадиях...
Тут Джерри умолкает - он не хочет лгать всем этим людям, и сказать, что они знают, как вылечить это, не может. Приходится говорить правду.
- То мы могли бы отделить здоровых от тех, кто, возможно, заражен, - заканчивает он.
- И что будет с ними? С теми, кто заражен? - тихо спрашивает Ларри, но его вопрос звучит на удивление громко в наступившей тишине.
- Да, - подхватывает Алиса - она переместилась на передний ряд скамеек, и теперь оттуда смотрит на Джерри, положив локоть на спинку. - Что вы предлагаете? Что вы сделаете с теми, кто заражен?
- Ничего, - честно признается Джерри прежде, чем выскажется Клэр или Том. - Мы просто будем рядом на тот случай, если понадобится помощь.
Это не совсем правда - но и не ложь, и Джерри сейчас не в том состоянии, чтобы искать лучшую формулировку.
- Чтобы мы все чувствовали себя спокойнее, я предлагаю осмотреть друг друга. Мужчины - здесь, женщины - в кабинете. Если нам предстоит провести здесь какое-то время, то лучше знать, как обстоят дела.
- И как они обстоят? - подает голос Рита.
Хреново, думает Джерри и молчит. Дела обстоят хреново.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Джерри отпивает кофе, благодарит - теперь, когда у них всех больше оснований доверять друг другу, обстановка в церкви становится чуть менее напряженной: теперь хотя бы никто не поглядывает на соседа, гадая, не превратится ли тот вот-вот в кровожадного мертвеца, и люди больше настроены быть дружелюбными по отношению друг к другу. Даже Клэр и Алиса закапывают топор войны, Клэр берется за кофе, Алиса устроилась у свободного окна с книгой.
Джерри слушает рассказ Риты - должно быть, на нее так действует стресс, потому что она в подробностях рассказывает ему, как они с покойным мужем ездили в Марокко двадцать с лишним лет назад. Джерри хороший слушатель - ему иначе нельзя, но он был таким и до того, как ощутил свое призвание, и не перебивает, позволяет женщине рассказывать эту кажущуюся бесконечной историю, однако когда к ним присоединяется Клэр, Рита, будто опомнившись, останавливается.
- О, прошу прощения... Я, должно быть, увлеклась, преподобный...
- Джерри, - мягко просит он. - Мне было очень интересно, мэм, вам не за что извиняться, и зовите меня Джерри. Я с удовольствием дослушаю позже, если позволите.
Она смущенно машет рукой, с симпатией смотрит на Клэр:
- Нет, нет, Джерри, я все понимаю. У вас есть другие заботы, более важные, чем слушать россказни старух. Еще раз простите.
С трудом поднявшись, она отходит, делая вид, что хочет выбросить опустевший стаканчик.

Они с Клэр уходят в кабинет - крошечный кабинет, служащий для того, чтобы Гэйб мог собраться с мыслями или переодеться, в котором до сих пор хватает следов присутствия Габриэля - и Джерри закрывает дверь, пододвигая для Клэр стул, открывает крышку старого ноутбука, лежащего на столе.
Экран остается черным. Он кладет руку на спинку стула, тянется над плечом Клэр, нажимает пару клавиш, но ноутбук не оживает, даже не мигает сигнал зарядки, хотя Джерри видит, что зарядное устройство ноутбука воткнуто в сеть.
- Вот дерьмо, - говорит он в сердцах, дотягиваясь до настольной лампы и щелкая тумблером - но свет не включается. Нет электричества - в церкви или вообще, во всем районе? Джерри склоняется к последнему варианту. Электрический чайник на столике в углу все еще горячий, но его сигнал тоже не горит, значит, электричество вырубилось совсем недавно.
Он ставит недопитый кофе на стол, оглядывается.
- Подожди-ка...
Он был в этом кабинете достаточно раз, чтобы сейчас найти то, что нужно, без хозяина, и так и выходит: Джерри замечает еще один шнур, уходящий под столом, опускается на корточки рядом со стулом, на котором сидит Клэр, ныряет по плечи под стол - да, бинго, блок бесперебойного питания стоит у стены под столом.
Джерри перетыкает зарядник ноутбука в бесперебойник, вылезает из-под стола, кидает короткий взгляд на ноут - на нем зажегся сигнал зарядки, ноутбук медленно загружается, поскрипывая.

Им удается подключиться к интернету, и сначала Джерри рад - торопливо вбивает адрес местного новостного портала, но браузер самостоятельно перекидывает его на главную страницу нью-йоркского департамента чрезвычайных ситуаций.
Под броским заголовком практически то же самое - призыв не покидать своих домов или безопасных убежищ, заверения, что принимаются все необходимые меры, но этой новости больше двух часов, никаких обновлений нет, как нет и доступа к другим сайтам, нет интервью с экспертами, нет ничего, кроме этого короткого объявления. Когда в прошлом году, вспоминает Джерри, произошла крупная авария в метро, этот же сайт обновлялся каждые двадцать минут: публиковались снимки с места катастрофы, списки спасенных и погибших, работал форумный чат, в котором люди могли задать интересующие их вопросы... Сейчас, по его оценке, ситуация даже страшнее - по крайней мере, непонятнее, однако сайт выглядит мертвым.
Брошенным.
Джерри продолжает смотреть в монитор, нависнув над плечом Клэр, пытается перейти по ссылкам, но его снова и снова возвращает на главную страницу.
Тишина, нарушаемая только щелчками мыши - и Габриэль, и Джерри не особенно управляются с тачпадами, предпочитая мышь и работу по старинке - становится совсем уж тяжелой, даже голоса, доносящиеся из-за прикрытой двери, не могут с ней справиться.
Джерри снова вытаскивает мобильник, пытается позвонить 911 - то же самое объявление, текстовую версию которой он видит на экране ноутбука.
Все остальные номера просто сбрасываются, не важно, пытается ли он дозвониться до находящихся в соседнем помещении, или за пределы штата.
Показатель заряда аккумулятора показывает лишь половину. Джерри кладет телефон на стол, экраном вниз.
Это его тревожит, по-настоящему тревожит - это как будто стихийное бедствие, для которого у него нет сценария спасения, и он подозревает, что ни у кого нет.
Даже у этих ребят из Департамента или Службы спасения.
Занимаясь насущными заботами, он упустил из вида общую картину - и, если бы не Клэр, возможно, не вспомнил бы о том, что стоит понять, что происходит.
- Что думаешь? - спрашивает он у Клэр.

В церковном зале Ларри подсаживается к Тересе, которая устроилась под окном, задрав колени к подбородку. Ее джинсы обтянули ноги от самых бедер, кудрявые волосы закрыли лицо - Ларри знает, что она тоже беспокоится и наверняка перепугана не меньше, чем он, но так же знает, что она будет скрывать это, сколько сможет, и хочет подбодрить ее всем, что есть в его распоряжении.
- Хочешь посмотреть? Фотографии просто отпад...
- Я тоже хочу, - с другой стороны от него под окно падает Стэн. Ларри снимает ремень камеры с шеи, про себя досадуя на навязчивого Руиса, но молчит.
Переводит свой кэнон в режим превью, начинает медленно щелкать назад, проматывая перед ними троими запечатленные цифрой изображения: люди в церкви, пойманные в моменты искренних эмоций, мисс Дюмон со стаканчиком кофе, та неприятная женщина, делающая вид, будто читает, хотя ее глаза устремлены поверх книжной страницы, Том, улыбающийся сыну, Тереса, выглядывающая в окно, когда думает, что ее никто не видит. Ти-Дог, глядящий себе под ноги, мистер Кей, возвращающийся с улицы, куда они унесли преподобного Габриэля и выглядящий очень усталым...
- Перестань, - вдруг просит его Стэн, закрывая ладонью дисплей. - Это...
- Это правда, - говорит Ларри, искоса поглядывая на Тересу. - Это хроника, Стэн. Того, как все начиналось.
Он имеет в виду - того, как все проходило, но на самом деле то слово, которое он подобрал, намного лучше отражает реальность.
Это - только начало.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Клэр приходит к тому же выводу, что и он - кто-то блокирует информацию, а что еще точнее - и еще хуже, скорее всего - кто-то заблокировал возможности интернета двумя часами ранее, и с тех пор кто знает, как оно все обернулось.
Джерри оставляет без ответа ее слова о том, что они должны быть готовы сами о себе позаботиться. Она имеет в виду что-то другое, скорее всего, но Джерри знает: Бог их не оставит. Бог заботится о них, ежечасно, ежеминутно - Бог послал им Риту с ее холодным чаем, когда Стэн хотел пить, а затем церковь Троицы неподалеку от места, где они встали в пробке. Ту скорую как предупреждение, и даже привел сюда Клэр.
Бог уже о них заботится, и это лучше, чем если бы они полностью положились на заботу властей.
Но он знает, что ей не понравятся его слова - у нее свои счеты с Богом, она злится, потому что думает, что Бог ее оставил, что Бог не спас Фрэнка, и здесь Джерри сказать нечего. Это дело между Клэр и Богом, и пока она не просила у него совета или помощи.

Он пожимает плечами.
- Снаружи уже больше двух десятков зомби, а машины перегораживают дорогу. Личный визит просто невозможен, разве что мы придумаем, как обойти эту трудность. Давай попробуем разузнать, нет ли чего полезного на закрытых сайтах. У Гэйба вряд ли стоят нужные поисковики, но я знаю, у кого могут стоять... Подожди здесь.
Джерри выглядывает из кабинета, находит взглядом Ковальски - тот сидит под окном, прямо на полу, между Тересой и Стэном.
- Ларри! Ларри, подойди сюда, пожалуйста, - зовет его Джерри.
Пара людей оглядывается, но в целом никто не проявляет особого интереса: люди ждут спасения из-вне, как и говорила Клэр.
Ларри подрывается, почти бежит к кабинету, Тереса и Руис идут за ним. Джерри думает, не отправить ли их восвояси, но раздумывает - во-первых, Ларри все равно наверняка расскажет обо всем Тересе, а во-вторых, ему просто не хочется, чтобы между его ребятами появлялись такие секреты. Одно дело - не допускать паники, а другое - настраивать ребят друг против друга, так что он пропускает в кабинет всех троих.
- Ларри, взгляни - мы с мисс Дюмон попытались выяснить, что происходит в городе, но все время попадаем на один и тот же сайт... Может, можно как-то обойти эту блокировку - или полазить на страницах только для зарегистрированных пользователей?
- Вы имеете в виду глубокий интернет? - переспрашивает Ларри удивленно. - Эта машина не потянет...
- А твой смартфон? - в лоб спрашивает Джерри.
Вот теперь Ковальски краснеет, как будто его поймали за просмотром порно.
- Ларри, это может нам всем очень помочь. Пока мы даже не знаем, насколько велика проблема и что случилось с электричеством. Это же ты в прошлом году на Рождество взломал сайт Мейсис, Ларри - да еще так виртуозно, что не оставил следов.
Теперь у Ларри красные даже уши, на его лице причудливая смесь самодовольства и опасения, но он поглядывает на Тересу.
- Это не я, - наконец выдавливает он, от смущения не зная, куда деть руки.
- Хорошо, не ты, - покладисто соглашается Джерри. - Я, в принципе, так и сказал полицейским, которые меня о тебе расспрашивали - что это не ты. Хорошо, что я им не солгал.
На самом деле, он сказал не так - он сказал, что сомневается, чтобы Ларри Ковальски пришла в голову такая идея, взломать сайт с рождественской распродажей. Полицейским хватило, а Джерри просто оставил при себе, что почти уверен: эта идея пришла в голову Тересе, а Ларри не смог ей отказать в воплощении задумки.
Конечно, это была почти ложь, но Джерри думал, что Бог простит ему эту ложь - ради Ларри Ковальски.
Ларри смотрит в пол, весь воплощение раскаяния.
Стэн слушает, открыв рот - для него, вроде, эта новость стала сюрпризом.
Джерри хлопает Ларри по плечу.
- Ладно, ты посмотри, что можно сделать, а мы с мисс Дюмон пройдемся.

Ему приходится почти силой уводить Клэр из кабинета.
- Он очень стеснительный. Ты сама скоро убедишься. Без взглядов через плечо он сделает даже больше, чем ты думаешь, а если речь идет еще и о том, чтобы выпендриться перед Тересой... - Джерри качает головой, не находя слов, чтобы выразить, на что готов Ларри, лишь бы произвести впечатление на Мендосу. - А у нас с тобой есть другое дело. Ты говорила про рацию - давай попробуем добыть ее... Эй, Ти-Дог, мне нужна твоя помощь, идет?
- Конечно, мистер Кей, - гудит Ти-Дог, с готовностью поднимаясь со скамейки - он беспокоится за своих домашних, Джерри очень хорошо это понимает, поэтому уверен, что мальчишке пойдет на пользу отвлечься и занять себя чем-то полезным.
- Там у ограды был полицейский. Мисс Дюмон хочет попробовать снять с него рацию, тогда у нас будет возможность связаться с полицией, понимаешь? - наскоро объясняет Джерри, когда они выходят на крыльцо.
Два десятка зомби, которых он обещал Клэр, оказываются преуменьшением - здесь их как минимум в два раза больше, и теперь они плотно облепляют ограду, а при виде живых приходят в волнение.
Однако полицейский на месте - стоит себе в первом ряду, прижавшись к ограде, голова свесилась набок, руки прилично обглоданы, но рация висит на его поясе, рядом с пустой кобурой.
- И как вы собираетесь это сделать? - Ти-Дог оглядывает всю эту толпу, но в его голосе проступает энтузиазм.
Джерри смотрит на Клэр.
- Ну, наверное, для начала нам нужно отвлечь все остальных в разные стороны, чтобы они не вцепились в меня, когда я подойду поближе. Как считаешь, справишься?
Ти-Дог ухмыляется:
- Спрашиваете тоже. Без базара, мистер Кей. У меня есть пара приемчиков, будьте спокойны!

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
- А она крутая, - говорит Ти-Дог, глядя вслед Клэр, которая идет в пристройку.
Джерри согласно кивает, но ничего не говорит - его куда больше заботит то, что зомби за оградой стало больше, и, наверное, это еще не конец.
Сколько их всего? Сколько было тех, кто не успел сбежать с улиц и теперь пополнил эту жуткую армию мертвецов?
Теперь он чуть больше понимает Клэр с ее желанием выбраться с Манхэттена и оказаться как можно дальше, не дожидаясь помощи, потому что сейчас ему тоже приходит в голову, что те, кто обещал помощь, тоже могут быть не готовы столкнуться с настолько большим количеством агрессивных мертвецов.
Этот полицейский, чью рацию они как раз хотят заполучить, зримое свидетельство того, что даже полиция могла оказаться бессильной перед происходящим: у него пустая кобура, и эта пустая кобура действительно беспокоит Джерри. Полицейский достал оружие - он не был застигнут врасплох, он знал об угрозе и достал оружие, но это ему не помогло, и теперь он тупо вжимается в ограду вместе с теми, кому так же не повезло.
Те, кто должен вернуть острову безопасность, тоже могут слишком полагаться на оружие, вот о чем думает Джерри, не желая признавать, что его беспокойство продиктовано тем, чего он от себя не ожидал, не после десяти лет на гражданке: он скучает по увесистой тяжести моссберга в руках, по тупорылому семнадцатому глоку, стандартному для ближнего боя. По полным магазинам в нагрудных карманах. По тому, что было гарантией выживания там, в Ираке - тому, что не раз спасало жизнь и ему, и Фрэнку.
Нелепо скучать по тому, от чего сам добровольно отказался - но Джерри все равно скучает, и когда Клэр возвращается, принимает принесенную ею длинную тяпку почти с разочарованием - это даже близко не оружие, просто садовый инвентарь, годный для убийства, но не больше.
- Основная опасность - это что тебя схватят другие, те, что стоят рядом с ним. Схватят и ты не успеешь отойти, так что для начала я хотел отвлечь их... Ти-Дог? Уведешь часть в сторону, пока я держу нашего красавца?
Ти-Дог вытаскивает из-под мешковатой штанины нож в кожаных ножнах. У Джерри отваливается челюсть.
- Нет-нет, мистер Кей, - это просто для самозащиты! - торопится обелить себя Ти-Дог.
- От кого? - стонет Джерри, которому в самом деле сложно представить, что Ти-Догу, который весит сто девяносто фунтов, в самом деле тревожно без ножа.
Но Ти-Дог смотрит серьезно.
- Вы просили не носить ствол - я не ношу ствол, мистер Кей, но вы же знаете, мой брат насолил некоторым крутым ребятам, и я не хочу, чтобы однажды они причинили вред мне или тем, кто рядом со мной, только потом, что не могут достать его.
Джерри прикусывает язык - он хорошо знает Огаста, старшего брата Ти-Дога, свой педагогический провал, и хорошо знает, что у того в самом деле неприятностей выше крыши, и тюремный срок - даже не худшая из них, как знает и то, что Ти-Дог пару раз помогал брату в некоторых делишках.
- Послушай, давай позже поговорим об этом, хорошо? - он кладет руку Ти-Догу на плечо, тот сперва дергается, будто хочет сбросить руку, но потом кивает.  - Потом. А пока просто знай, что ты можешь прийти ко мне, если тебе потребуется помощь, хорошо? И не просто поговорить, а в самом деле - реальная помощь.
Джерри понижает голос, потому что не хочет, чтобы Клэр слышала все это, и Ти-Догу, кажется, это подходит - он кивает, улыбается: белоснежная улыбка на широком коричневом лице сразу превращает его в мальчишку.
- Я вас услышал, мистер Кей.
Джерри хлопает его по лечу и убирает руку.
- Так что у тебя за план?
Ти-Дог опять усмехается, а потом коротким движением режет себе ладонь - у Джерри вторично отваливается челюсть.
- Не беспокойтесь, я неглубоко!.. Просто видел в паре фильмов! - объясняет Ти-Дог, помахивая перед зомби за оградой окровавленной ладонью. Кровь набухает каплями на ладони, срывается, попадает на прутья ограды. Если Джерри думал, что зомби приходят в волнение при виде живых, то теперь видит, что это ничто по сравнению с тем, какой реакции удостаивается свежая кровь.
Будто фанаты на концерте, они, шатаясь и воя, спотыкаясь и рыча, следуют за медленно уводящим их подальше от стоящих Джерри и Клэр Ти-Догом, сбиваются в кучу в половине ярда.
Полицейский тоже хотел было дернуть вместе со всеми, но Джерри размахивается тяпкой и всаживает острый ее край ему в плечо, останавливая. Теперь мертвй коп может только бессмысленно тянуться в сторону своих приятелей, которые неуклонно перемещаются по кровавому следу, будто песок в песочных часах, освобождая дальнюю часть ограды.
- Ну вот, путь свободен! - кричит Ти-Дог, дразня своих поклонников под беспокойным взглядом Джерри. Впрочем, он успокаивается - Ти-Дог в самом деле не подходит близко к ограде, держится на безопасном расстоянии.
Кроме копа, напротив Клэр и Джерри остается лишь трое - уже знакомая девушка со сломанной рукой, и двое неизвестных, которых Джерри раньше не видел.
Он удерживает полицейского на месте, крепко вцепившись в свой конец тяпки, а тот дергается, как слишком большая рыба, попавшая на крючок - тянет руки сквозь прутья, рычит.
- Сейчас, погоди-ка минуту, - Джерри выбирает момент и, дернув на себя тяпку, заставляет полицейского еще ближе прижаться к ограде, а затем упирается кроссовком в его левую руку, удачно заблокировав ее между прутьями. Теперь путь к рации если не безопасен, то, по крайней мере, существенно облегчен.
- Смотри, чтобы они не схватили тебя, быстро, Клэр, пожалуйста, очень быстро.
Девица царапает ему штанину, но джинса сглаживает прикосновения мертвой руки, Джерри только следит, чтобы она случайно не проткнула ткань, а заодно и ногу ему осколком кости, торчащей над ее сломанной кистью. Судя по всему, ее перелом не доставляет ей ни малейшего неудобства, но вот в том, что эффект от этого протыкания будет сравним с укусом, Джерри практически не сомневается.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Клэр убивает одного из незнакомых мертвецов, всаживая ему в висок садовую лопатку - Джерри никак это не комментирует: не после того, что они сделали с Габриэлем, хотя, конечно, предпочел бы не трогать тех, кто не является для них опасностью. Если это вирус, если это болезнь, а не в самом деле посмертие. то, быть может, вскоре появится и вакцина, и, быть может, всех этих людей удастся вылечить, выренуть к нормальной жизни... Эта мысль плохо сочетается с тем, что он прямо сейчас смотрит в мертвые глаза девушки со сломанной рукой, но где бы он был, думает Джерри, если бы не верил в лучшее?
Кем бы он был?

Клэр упоминает, что придумала, как им отсюда выбраться, но пока Джерри больше занят рацией: он смотрит, как Ти-Дог, перевесив ножны на пояс, раз уж прятать нож все равно больше не от кого, бойко нажимает кнопки, выискивая служебную волну полиции, но пока из рации доносится только треск и белый шум.
Полицейский осуждающе воет, по плечу его светлой форменной рубашки патрульного расползается темно-коричневое пятно - тяпка оставила рану в его теле, и эта рана наполняется той же густой жижей, что текла и из укуса Габриэля, и из открытого перелома девицы в платье.
- Это странно, - говорит Ти-Дог, продолжая переключать, и Джерри уже хочет отобрать у него рацию и попробовать самому, как вдруг до них доносится прерывистая запись. В том, что это запись, Джерри не сомневается - голос говорящего звучит слишком спокойно, не похоже, чтобы прямо сейчас он имел дело с мертвецами или вел счет потерям на улице вроде этого полицейского.
- ... спокойствие. Всем патрульным Манхэттена прибыть к тоннелю Линкольна. Повторяю: всем патрульным машинам, несущим службу в районах Манхэттена, прибыть к тоннелю Линкольна и ждать дальнейших указаний, - когда Ти-Дог находит максимально качественный прием, уже можно расслышать слова.
Дальнейших указаний не следует - должно быть, их не передают на полицейской волне.
Джерри прикидывает: тоннель Линкольна как раз тот, через который они попали на Манхэттен, прямой путь в пригороды, и он достаточно близко. Если там сосредоточены все силы, может быть, имеет смысл отправиться туда, если придумать способ, как отвлекать мертвецов на улицах острова.
Он не успевает как следует об этом подумать, как запись сменяется другой - уже другой голос зачитывает точки эвакуационных сборов для горожан, и тоже отдает приказ патрульным машинам прибыть на места сборов, чтобы обеспечить безопасность эвакуированных. Точки эвакуационных сборов - разве это не то, что нужно? Их все же спасают, наверняка есть и место сбора поблизости!..
Ти-Дог не ждет его просьбы, сам прибавляет громкость, и Джерри с улыбкой смотрит на Клэр - ну, все скоро закончится - но с каждым названным местом его улыбка увядает.
И когда диктор принимается второй раз повторять координаты эвакуационных пунктов, Джерри уже не улыбается: они все вне Манхэттена.
Все там, за Гудзоном, как будто тех, кто застрял на острове, бросили на произвол судьбы.
Ти-Дог поднимает голову:
- Вот блядь, мистер Кей! А как же мы?
Джерри не знает, что ему ответить, поэтому просто забирает у него рацию.
- Может, здесь дела обстоят лучше и в эвакуации пока нет необходимости?
Ти-Дог смотрит на него с неожиданной строгостью.
- Или нас просто бросили.
От необходимости отвечать Джерри избавляет автоматная очередь, разорвавшая уже ставший привычным шум, издаваемый живыми мертвецами.
Те трое, что все еще торчат возле ограды, включая и обворованного полицейского, немедленно поворачивают головы на звук, будто в самом деле прислушиваются. Девушка со сломанной рукой ковыляет в ту сторону.
Джерри пытается рассмотреть, что происходит в конце улицы, упирающейся в главное шоссе, где как раз и началась пробка, в которую они попали, потому что именно оттуда доносятся выстрелы - теперь к этой очереди присоединились и другие, возвращая его прямиком на учения - но этого нельзя сделать, если не подойти к самой ограде, а там по-прежнему мертвецы.
Он перехватывает тяпку поудобнее, отталкивает парочку, вскакивает на парапет - но все равно почти ничего не видно...
- Мистер Кей! Это не только в Нью-Йорке! - кричит Стэн, показываясь на крыльце, а затем тоже слышит выстрелы, которые становятся все громче и громче, как будто приближаются, и застывает.
Теперь к выстрелам присоединяется низкое гудение, Джерри почти против воли пригибается - это даже не мозг, это срабатывает инстинкт.
- Стэн! Ти-Дог! На землю!
Он тоже не медлит - толкает Клэр, падает сверху, краем глаза замечая, как Ти-Дог, не рассуждая, валится рядом.
И тут гудение сменяется взрывом: их всех будто мягко подбрасывает невысоко в воздух, а затем приходит звуковая волна, оглушая, заставляя на миг забыть, что такое тишина.
Это даже не на этой улице - там, дальше, на главной, однако это полноценный минометный обстрел. В центре Нью-Йорка. Когда вокруг полно людей.
За первым взрывом следует еще один, потом еще - Джерри лежит, прикрывая голову руками, продолжая прижимать Клэр к земле, глядя в огромные от ужаса глаза Ти-Дога.
- Лежи, - одними губами повторяет он, выворачивая шею, чтобы взглянуть на Стэна - но того уже не видно, должно быть, вернулся в церковь.
Джерри насчитал семь взрывов, когда обстрел наконец-то прекратился - он еще некоторое время лежит, не шевелясь, пока способность слышать не возвращается, а затем приподнимает голову, прислушивается.
Взрывов больше нет, но хватает выстрелов, теперь и одиночных, а еще человеческих криков - криков ужаса, боли, полных неприятия происходящего, а над всем этим раздается хриплый бесконечный стон, будто все грешники вырвались из ада и просят о милости.
Девица уковыляла, как и еще один из оставшейся парочки.
Джерри, не обращая на него внимания, подходит к ограде как может близко, напряженно прислушиваясь - сейчас улица пуста, часть осаждающих увел Ти-Дог и теперь они наверняка двинулись на шум, привлеченные выстрелами, забыв о неподвижно лежащих живых, так что из кофейни почти напротив выглядывает давешний бариста.
- Эй, не знаешь, что это было? - окликает он Джерри едва слышно.
Джерри по его примеру приставляет ко рту ладони воронкой:
- Военные. Это минометы.
- Нас что, хотят спасти или убить наверняка? - кричит парень.
Джерри нечего на это сказать, он дотягивается до тяпки и коротким рубящим ударом вонзает ее в башку оставшегося мертвеца - мозг, судя по всему, не задет, поэтому мертвец не падает, но и дотянуться до Джерри не может: руки короче.
Толкая зомби перед собой и держа тяпку за самый край, Джерри осторожно высовывается из калитки, смотрит в конец улицы, но там все в думы и облаках пыли, ничего не разобрать, поэтому он давит секундный импульс кинуться туда, и возвращается в за ограду.
Мертвец продолжает тянуться за ним, не обращая внимания на тяпку, торчащую из его головы.
Не выключенная рация, валяющаяся на траве, вдруг оживает:
- О черт! - вот теперь это не запись, это человек. - Мы отступаем! Какого хрена, господи Иисусе, их слишком много, военные облажались и отступают...
Его истеричные выкрики обрываются влажным всхлипом, ревом, низким рычанием - теперь из рации доносятся только неразборчивые вопли.
Джерри поднимает и выключает рацию, как раз вовремя, потому что на крыльце церкви появляется Том, за ним стоит Рита, а за ними Стэн.
- Что это было? - громко спрашивает Стэн. - Что это? Эти выстрелы и взрывы?
- Уже ничего, - говорит Джерри прежде, чем успевает подумать. - Это была военная операция, и, кажется, она закончилась провалом.
Стон становится громче, и теперь в нем можно разобрать отдельные голоса - голоса мертвых.
- Давайте вернемся в церковь.
Рита прячется за крепкими стенами первой, Том неуверенно топчется на крыльце, но все же тоже заходит.
- Чувак, блин, - страдающе зовет Ти-Дога Стэнли, и они оба скрываются за дверью.
- Хорошо, - говорит Джерри, глядя прямо на Клэр. - Не сутки.
Он смотрит на часы - время почти семь, меньше чем через час стемнеет. Если мертвым и не нужен свет, чтобы искать живых, то живым свет точно необходим.
- Завтра утром. Если ты в самом деле знаешь, как нам отсюда выбраться, то самое время рассказать, как - и завтра утром, как только рассветет, мы постараемся добраться до точки эвакуации.
- О боже! - крик баристы слышен даже через улицу. - Эта целая гребаная мертвая орда!
Он заскакивает в кофейню, захлопывая за собой дверь под все нарастающую громкость стона - должно быть, большая часть мертвецов Манхэттена теперь оказалась здесь, привлеченная выстрелами и взрывами.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Джерри смотрит на всю эту мертвую реку, стоя на крыше, все еще порядком взбудораженный событиями последнего часа: минометный обстрел вызывает к жизни те его рефлексы, которые остались - должны были остаться - в далеком прошлом, и он ловит себя на мысли, что высматривает на соседних крышах наиболее удачную точку для ведения огня по противнику, а также блеск оптики вражеского снайпера...
Это глупо, он знает, что это глупо - как бы противоестественно это не выглядело, тот противник, с которым вели бой военные, отступившие у тоннеля Линкольна несмотря на поддержку манхэттенских полицейских, не нуждается ни в снайперах, ни в удобных дислокациях. Казалось бы, это должно делать это мертвое воинство уязвимым, слабым - но Джерри смотрит на эту тянущуюся по улице мертвую змею и не уверен в том, что слова "слабость" или "уязвимость" вообще применимы к мертвецам.
На многих из них он видит не только следы укусов - он уверен, что хватает и тех, кто побывал под огнем. Плотность толпы высокая, мертвые идут толпой, но из-за брошенных автомобилей им приходится разделяться, огибая эти препятствия, и Джерри выхватывает взглядом то серьезное ранение в брюшину, залившее бредущему в толпе толстяку весь перед светлого весеннего костюма, то развороченное плечо пацана едва ли старше его ребят, ковыляющего в поисках...
Скорее всего, в поисках живых - пока все, что Ти-Дог говорил, основывая свои выводы на продукции киноиндустрии, оказывалось верным, и Джерри своими глазами видел, как та, первая из встреченных им мертвецов, троица рвала мужика, слишком долго тянущего с тем, чтобы покинуть свой мерседес.
Он хотел бы обманываться в этих догадках, но полагает, что это желание может слишком дорого стоить - и не только ему, но и тем, за кого он чувствует себя в ответе, так что подозрительность и пессимизм Клэр передается и ему.
Как чертов вирус, думает он, позволяя себе в мыслях вот такое вот чертыхание - будто подросток, столкнувшийся со слишком сложной для него проблемой и теперь отчаянно пытающийся обратить на себя внимание вечно занятых родителей, пусть даже таким, намеренно бунтарским образом.
Клэр ежится, обхватывает себя за плечи руками, будто ей холодно - впрочем, солнце, так жарящее днем, скрылось за блестящими стрелами небоскребов на том берегу, и погода напоминает, что до лета еще ждать.
- Изоляция, - отвечает Джерри на ее слова. - Изоляция может остановить это - как только инфекция перестанет распространяться, нужно будет только зачистить зоны карантина.
Это звучит правильно. Это правильно - но только в том случае, если из предположения о самом существовании и характеристиках вируса верны.
Джерри склонен доверять Клэр - несмотря на ее пессимизм, несмотря на то, что иногда она говорит вещи, с которыми он никак не может согласиться, несмотря на ее цинизм, прорывающийся если не на словах, то на действиях. И он доверяет ей не потому что она медик - это ценно, наверняка ценно для тех, кто в церкви и ждет спасения или новостей, но потому что она Клэр, младшая сестра Фрэнка, вечная заноза в заднице, пока они росли, так что если она считает все это вирусом, вышедшим из-под контроля, он принимает эту версию.
Все лучше, чем думать о божьей каре - Бог, в которого верит Джерри, никогда не совершил бы подобного.
Бог, в которого он хочет верить и верит, любит своих детей - всех, каждого, от праведников до заблудших, его Бог не каратель, а сострадалец, и Джерри не хочет впутывать в происходящее Его волю.
Его воля закончилась на том, что Он дал им убежище и привел к нему Клэр - то, что происходит с городом, а если верить Стэну, то и не с одним, дело рук человека, а не Бога.
Все дерьмо в мире дело человеческих рук - в этом Джерри не нужны дополнительные заверения.

Он продолжает смотреть вниз, борясь с желанием обнять ее, чтобы согреть - он не дурак и понимает, что потерял эту возможность, десять лет назад потерял, так что отводит взгляд, трет лицо, занемевшее от ветра - здесь, на крыше, ветер с реки чувствуется сильнее, чем внизу, под прикрытием кустарника, заботливо обихоженного Гэйбом.
Мертвая толпа все не кончается - среди мертвецов в гражданской одежде теперь хватает и полицейских, а также военных. Это не форма национальной гвардии, это профессиональная армия - Джерри многое отдал бы за бинокль, но и так может хорошо разглядеть форменное обмундирование, заляпанное свежей кровью. Ни на военных, ни на полицейских из тех, кто, умерев, перешел на сторону врага, нет шлемов - Джерри отмечает это, просто откладывает на будущее, как отложил на будущее факт того, что бить лучше в висок, иначе можно не повредить мозг, и держаться подальше не только от зубов, но и от торчащих обломков костей нападающих...
Слишком много зомби скапливается возле панорамных окон кофейни. Джерри видит, как начинают опускаться ролл-ставни - он предполагает, что стекла здесь все же укрепленные, пусть это даже центр города, но все же тем, кто застрял внутри, наверняка не по себе от вида этих мертвых лиц, плотно прижимающихся к прозрачной преграде между жизнью и смертью, и радуется, думая, что опущенные ролл-ставни заставят мертвецов потерять интерес к кофейне и убрести дальше, освобождая улицу.
Радуется не долго - слишком много мертвых собралось возле окон, ролл-ставни заедают, даже на крыше слышно, как натужно скрипят реле, собирая все новых и новых зомби, подпирающих первый ряд, и, издав последний скрежет, механизм наконец-то издыхает, провисая с одного края.
- А что ты собираешься делать с теми, кого привлечет музыка с другого конца улицы? С теми, кто повалит к церкви как раз мимо калитки? - спрашивает он, детально представив себе то, о чем она говорит - даже если допустить, что к утру этот мертвый поток иссякнет, как она может быть уверена, что все зомби собьются в одно стадо, которым можно будет манипулировать, включив музыку на телефоне.
Джерри опять смотрит на свой мобильник. Заряда меньше половины; он боится выключить телефон, чтобы не пропустить что-то важное - заработавшую сеть, какое-то объявление, рассылку с инструкциями для спасения - но до утра аккумулятора едва ли хватит. Остается надеяться, что у кого-то из мальчишек есть пауэрбанк, иначе они не то что музыку включить утром не смогут, но и вообще лишатся любого источника связи.
Не любого, напоминает он себе, думая о рации - но пока от нее толка было мало.
Он вытаскивает ее, щелкает тумблером, убавляя звук до минимума, но в эфире только шипение - значит ли это, что теперь глушится и полицейская волна?
В каких вообще случаях глушится полицейская волна?

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
- Я не слышал игру, - пожимает плечами Джерри, - а ты? Он крытый, там отличная звукоизоляция.
Ему сложно представить, что происходит с человеческим телом после смерти - не в том смысле сложно представить, что он не знает, что происходит, или никогда не видел мертвых, по крайней мере, тех мертвых, что не топают на Манхэттену ради им одним известной цели, видел, конечно, и знает, что после смерти человек превращается в кусок мяса - но думать, что у этих мертвецов внизу что-то происходит со слухом, что они мутируют, меняются, эволюционируют, да еще так быстро после смерти - в общем, это для него слишком.
Если окажется, что у зомби острее слух, что они сильнее, быстрее, лучше видят - ну, тогда у живых просто не будет шансов, ведь так?
А Джерри хочет надеяться, что шансы у них есть.
Впрочем, над вопросом Клэр он в самом деле хотел бы поразмыслить - что может отвлечь зомби, что заставляет эту толпу куда-то двигаться вместо того, чтобы ломиться за отступающими военными.
А вот о чем он не хотел бы думать, так это о том, что стадион не был эвакуирован - что у кого-то хватило мозгов послать вертолет над жилыми и офисными районами, но не хватило одной единственной патрульной машины или звонка в администрацию стадиона, чтобы отменить игру или хотя бы закрыть ворота.
Из стадиона получился бы отличный пункт для эвакуации гражданских - пусть даже только тех, кто был там на момент закрытия острова, но, в любом случае, они сейчас не на стадионе, и им лучше бы идти в другую сторону.
Пессимизм Клэр расцветает пышным цветом.
Джерри смотрит на нее сбоку, не веря услышанному, и толкает ее в плечо - жест планировался дружеским, беспечным, как в старые добрые, но он не уверен, что у него это вышло.
- Даже не мечтай, Козявка. Тебя не укусят.
Вообще-то, к таким фразам нужно прибавлять - если на то будет воля Божья, но Джерри не прибавляет: ни к чему это, не с Клэр.
С божьей волей у нее отношения напряженные, так что им на двоих хватит его веры.
Должно хватить.

Но все же - куда они все идут?
Если уж нет ответа, как это вообще возможно - то, что мертвецы куда-то идут - Джерри хочет знать, куда. Далеко не все остановились возле кофейни, хотя толпа перед окнами растет -  шум, издаваемый зомби, в самом деле привлекает других зомби, и Джерри впервые думает, могут ли они общаться. Что они вообще могут.
Но эта мысль даже страшнее, чем мысли об эволюции, так что он просто переходит к другому краю крыши, наблюдая за теми индивидуалистами, что не заинтересовались кофейней - они продолжают вяло ковылять куда-то дальше, хотелось бы верить, что бесцельно.
Обходят церковь, игнорируя мертвое тело лежащее между парой автомобилей - Джерри не знает, что стало причиной смерти этого человека, однако ему ясно, почему он не поднялся: кто-то выстрелил ему в лицо - и идут дальше.
Три вертушки откуда-то с Ист-сайда пролетают чуть стороной, направляясь к Эймайр-Стейт - и некоторые мертвецы внизу поднимают головы, провожая вертолеты взглядом, а затем, качаясь, идут туда же.
Идут, идут и идут - если бы у Джерри спросили, что напоминает ему эта картина бредущих по городу мертвецов, он бы наверняка подумал о Чистилище.
- Я надеюсь, если мы будем сидеть достаточно тихо, за ночь они просто уйдут.

На крыше появляется Ти-Дог.
- Бесперебойник в кабинете пастора Габриэля сдох, мистер Кей. Но мы посмотрели достаточно. Это не только в Нью-Йорке. Это много где, и этот парень с сыном, Том, он, в общем, потребовал дать всем посмотреть - сказал, что если мы что-то знаем, то должны рассказать всем, и, в общем, Ларри рассказал. В некоторых городах организована эвакуация, людей вывозят отовсюду, на вертолетах, на грузовиках, если удалось очистить улицы, и про Нью-Йорк тоже говорили, ну, что надо сидеть и ждать помощи. Может, за нами тоже прилетят? Только я ждать совсем не могу, мне позарез домой надо - вы же знаете, моя мать с места не сдвинется, даже если услышит эту передачу про эвакуацию, будет сидеть и меня ждать, а я ей даже позвонить не могу...

Вертолеты возвращаются, теперь значительно ниже, развернувшись над Центральным парком, и Джерри, который запрокинул голову, даже кажется, что он может разглядеть их отражение в обтекаемом переднем стекле этой птички.
- Внимание, Мидтаун! Внимание, Мидтаун! Для экстренной эвакуации всем живым необходимо проследовать на крышу Линкольн-Центра! Повторяю! С крыши Линкольн-Центра через два часа будет осуществляться вывоз живых! В радиусе квартала от Линкольн-Центра силами военных обеспечивается зона для безопасной эвакуации! Повторяю! Жители Мидтауна! Через два часа начнется эвакуация с крыши Линкольн-Центра! Всем живым! Следуйте к Линкольн-Центру!
Запись разносится далеко в наступающих сумерках, и когда вертолеты заходят на следующий круг, Джерри снова смотрит на часы - начало восьмого.
Хорошо бы поспешить.

Над Манхэттеном полно вертолетов - то тут, то там кружат вертушки, беспокоя мертвецов. Джерри надеется, что к Линкольн-Центру посылается не весь остров, но расслышать другие объявления он не может. Впрочем, кроме Центра на Манхэттене есть и другие места, подходящие для воздушной эвакуации - Эмпайр-Стейт, Публичная библиотека, тот же стадион, но все эти места сосредоточенны в центре, а что делать жителям Гринвича или Гарлема?
Но прямо сейчас он не может думать еще и об этом - пока он думает о том, чтобы отвлечь мертвецов от церкви и кофейни, пользуясь планом Клэр, раз другого все равно пока нет, но, как оказывается, эта мысль пришла в голову не ей одной: группа вертолетов разделяется, один зависает в воздухе в паре кварталов от церкви, и вдруг над улицой с неба разносятся первые аккорды Труппер - будто насмешкой над происходящим. Звук настолько громкий, что кажется, что Айрон Мэйден решили выступить в центральном парке, и мертвецы, привлеченные оглушительным шумом, бредут в сторону вертолета, как крысы на звуки дудки гаммельнского крысолова.
Вертолет все еще висит на одном месте, а затем плавно и медленно движется на запад, к реке, приманивая за собой толпы шатающихся зомби.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Воодушевляющий голос Дикинсона вселяет в людей бодрость, хоть сам текст и не особенно располагает к веселью - улица кажется пустой, зомби тянутся за вертолетом, освобождая проход для живых.
В церкви царит воодушевление, и Джерри на время выходит наружу - ему не нравится идея оставить Гэйба вот так, в пристроке на полу, будто мусор, но кто знает, какие проблемы могут повстречаться им на пути к Линкольн-центру, и он не намерен рисковать, тратя время.
Люди в кофейне, кажется, считаю так же - по двое, по трое они выскальзывают из выдержавшей напор стеклянной двери, пригибаясь под полуопущенной ролл-ставней, торопливо осматриваются и так же торопливо бегут вдоль брошенных автомобилей, прочь от все еще раздающейся музыки.
Труппер на повторе - Дикинсон все поет и поет о том, что на этом поле битвы нет победителей, Джерри и нравится, и одновременно не нравится эта песня. Она вроде бы о крымской войне, насколько ему известно, но на самом деле - она о любой войне, и сейчас ему кажется, что шансы на победу здесь, в Нью-йорке не так уж велики. Должно быть, сказывается стресс, или усталость, или напряжение - потому что ему не свойственнен пессимизм, все дело в Айрон мэйден, конечно, только к музыке, и больше ни в чем.
- Эй, - уже знакомый бариста, избавившийся от фартука, встает перед оградой. - Вы же слышали, да? Мы уходим. Не хочу быть тем, кто опоздает, если вертолетов на всех не хватит...
- Да, мы тоже собираемся, - отвечает Джерри, вытаскивая и расставляя перед пристройкой садовые инструменты.
- А, хорошо, - кивает бариста, разворачиваясь, а затем, немного смущенно, возвращается к калитке. - Не думаю, что сейчас это имеет значения, так что если хотите пить или есть, то в кофейне полно всего...

Когда Джерри возвращается в церковь, то находит взглядом Клэр - возле той торчит Тереса, которая обычно плохо сходится с незнакомцами.
- Джерри, - Алиса обращается к нему так, как будто они встретились за чашкой чая, - отсюда до Линкольн-Центра несколько кварталов, а с нами ребенок и мы с Ритой не сможем быстро идти... Нельзя ли попросить, чтобы военные забрали нас прямо отсюда?
Джерри искренне удивлен - хотя по ее внешнему виду он не может определить, кто она в этом городе, зато догадывается, что Алиса явно привыкла, что все делается для ее удобства и по ее желанию.
- Вы сами видели, на дорогах слишком много машин, сюда нельзя проехать, Алиса. На расчистку улицы уйдет слишком много времени, а шум привлечет зомби обратно, - терпеливо принимается объяснять Джерри, надеясь, что это не займет слишком долго времени.
- Но как же вертолеты? - упорствует Алиса. - Они же могут прилететь за нами.
К ним присоединяются Рита, Ларри и Стэн.
Они смотрят на Джерри, Рита распустила подлиннее ремень своей кожаной сумки, забранной из машины, и Стэн, явно всерьез отнесшийся к своей миссии сумконоса, перекинул ее через плечо и теперь прижимает к животу.
- Мистер Кей, - зовет его Ларри, - мы были у окна, слышали этого человека из кофейни... Стэн хочет есть...
- Мы все хотим, - возмущается Стэн, ошеломленный таким предательством. - Может, раз тут все равно безопасно, мы можем заглянуть на ту сторону улицы, да ведь, мистер Кей? Очень-очень быстро? Можно, мы с Ларри сбегаем?
Джерри поднимает руку.
  - Подожди, Стэн. Алиса, послушайте меня, здесь негде сесть вертолету - крыша церкви не выдержит, улица полна транспорта. Нам всем придется дойти, куда сказано.
Рита поглядывает на Алису без особой симпатии.
- Это не так уж и далеко и у нас достаточно времени в запасе. если мы выйдем прямо сейчас, - мягко вмешивается в разговор она.
Алиса бросает на нее сердитый взгляд.
- Вы хромаете, а я не могу передвигаться без палки - вы считаете, это разумно, заставлять нас идти пешком, пусть даже речь идет о нескольких кварталах?
Джерри коротко, но искренне благодарит Бога за то, что Клэр прямо сейчас не слышит этой небольшой перепалки - иначе она наверняка предложила бы Алисе оставаться и ждать, когда за ней прибудет отдельный эвакуационный транспорт.
- Нас никто не заставляет, - даже Риту проняло. Она повыше поднимает подбородок. - Джерри, мы не знаем, что нас ждет на улицах, давайте не станем терять времени. Алиса, мы уходим. Я лично хочу прибыть к Линкольн-центру с запасом, если вы не возражаете. Это лучше, чем сидеть здесь в темноте, пока вокруг ходят эти... Эти...
- Зомби, - любезно подсказывает ей Стэн.
Рита смотрит на него, улыбается, но не слова не повторяет - как будто думает, что пока она никак не называет оживших мертвецов, они все еще не совсем реальны.
- Алиса, пожалуйста, нам хватит времени, чтобы идти с нормальной скоростью, если мы не станем тратить его на споры, - уговаривает женщину Джерри. - Через два часа мы будем далеко отсюда, неужели вам этого не хочется?
Она разгляывает пол перед собой, но потом все же кивает.
- Хорошо. Хорошо. Надеюсь, вы правы.
И отходит, хромая.

- У нее протез, - говорит Рита, понижая голос так, чтобы ее услышал только Джерри. - Она боится, что не дойдет или что будет задерживать всех нас... По правде сказать, я тоже этого боюсь - боюсь, что вам придется тормозить из-за меня.
Джерри ободряющей ей улыбается:
- Уверен, мы все дойдем.

По улице, озираясь, бегут еще живые - видимо, те, кто прятался в других домах, и все направляются в ту сторону, где располагается Линкольн-центр. Обычно эвакуацию гражданских прикрывает армия, но сейчас, думает Джерри, после провала у Линкольн-тоннеля, у военных вряд ли осталось достаточно наземных сил, чтобы обеспечить прикрытие - значит, придется следить в оба.
Издалека еще доносится музыка - даже такая мера может спасти немало жизней и помочь оставшимся на острове живым добраться до пунктов эвакуации, так что лучше не медлить.

Они оставляют церковь - Джерри молча забирает с собой тяпку, надеясь, что ему не придется объяснять, для чего она ему, запирает пристройку с телом Габриэля. Будь у него больше времени, он похоронил бы Гэйба - а теперь от этой мысли приходится отказаться, и это как будто предательство по отношению к другу, и эта мысль тяжело ложится на сердце.
Начинает темнеть, и церковь, пусть и неосвещенная, кажется убежищем - надежным, благополучным убежищем, которое они оставляют, доверившись обещаниям людей, чьих лицо даже не видели, но это все же выход. Сын Тома, которого отец несет на руках, смотрит на церковь, но тоже молчит.
Джерри отдает Ти-Догу раию, снятую с полицейского:
- Время от времени проверяй диапазон, хорошо? Просто чтобы знать, не будет ли впереди сюрпризов.
Ти-Дог кивает, бережно забирает рацию, вешает ее на ремень.
- Не волнуйтесь, мистер Кей, мы быстро туда доберемся.
Они как раз проходят мимо низкого красного седана. Молодая женщина за рулем - мертвая, но по прежнему пристегнутая ремнем безопасности - поворачивает голову, тянется к Ти-Догу из-за опущенного стекла и рычит. Он едва успевает вовремя заметить ее и отскочить, едва не сбив с ног Джерри.
- Вот черт! В кино это никогда не выглядит настолько гадко!
Ну, это не кино, думает Джерри, даже не представляя, кому всерьез могут нравиться такие фильмы.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Клэр зовет его, неудобно согнувшись возле одной из машин.
Джерри помогает Ти-Догу снять с капота Риту и торопится к Клэр, оглядываясь на ходу:
- Не теряйте времени, идите, только будьте осторожны. Мы вас догоним.
Ти-Дог серьезно кивает, но Джерри видит, что он выглядит не таким уж и уверенным в себе, каким хочет казаться. Этот день, должно быть, стал серьезным испытанием для его ребят - для каждого, даже для обычно непробиваемого Ти-Дога: беспокойство о семье сжирает его изнутри, и Джерри думает, что ему повезло. Повезло в том, что у него нет семьи.
Мысль дерьмовая, эгоистичная - не из тех, которые Джерри себе позволяет, но ведь так оно и есть: все, о ком он беспокоится сильнее прочих, здесь, с ним.

Он перелезает через капот широкого фольксквагена, останавливается рядом с Клэр, дергает за обе ручки дверей с их стороны - но затем видит через стекло, что блокираторы опущены.
- Подожди, подожди, Клэр.
Он стучит по стеклу, улыбается ребенку - но девочка по-прежнему выглядит испуганной. Она сидит, прижав обе ладони к стеклу, а родителей поблизости не видно.
Джерри пытается рассмотреть что-то еще внутри салона, но солнца уже недостаточно.
- Эй, детка, привет, детка! - девочке лет семь, не больше, и Джерри думает, что ей пришлось пережить за этот день - каково ей было сидеть здесь, когда мимо идут мертвецы. - Ты можешь открыть для нас дверь?
Девочка смотрит на него без реакции - может, она не понимает, о чем он говорит?
Джерри стучит по стеклу опять, над блокираторами, и девочка смотрит на его палец - но понимает ли она, чего он хочет?
- Смотри, детка, мы не можем тебя отсюда вытащить, пока машина закрыта. Ты умеешь открывать двери?
Девочка снова смотрит на него непонимающе, тянется к ручке, но это безрезультатно - блокираторы не дают дверям открыться. И в любом случае, соседний форд стоит к фольксквагену слишком впритирку.
- Детка, тебе нужно перелезть вот сюда, на переднее сиденье, - Джерри показывает ребенку вперед - там в самом деле можно вылезти, если девочка сообразит, как открыть двери.

Невдалеке Алиса убеждает группу не ждать - говорит, что если они будут останавливаться, то никогда не доберутся до Линкольн-центра. Джерри показывает оглядывающемуся на него Ти-Догу большой палец и полностью сосредотачивается на машине.
Ребенок внутри снова начинает плакать - может, ее родители вернутся за ней, но полагаться на это Джерри не может. И Клэр тоже - в ней по-прежнему живо это желание помочь.
- Ладно, ладно, милая, не плачь, - уговаривает Джерри девочку. - Сейчас мы тебя отсюда вытащим, погоди. Клэр, сделай два шага назад и отвернись.
Здесь не больно-то есть место размахнуться, но он размахивается и врезает тяпкой по стеклу водительского места.
С первого удара стекло только идет паутиной трещин - девочка в машине визжит, снова принимается дергать за дальнюю дверь, прижимаясь к ней всем телом, но что намного хуже, так это то, что оглушительно срабатывает сигнализация, вмешивая свой пронзительный вой в музыку, доносящуюся от реки.
Это плохо, очень плохо, но Джерри не дает себе опустить руки - бьет по стеклу еще раз, и теперь намного удачнее: осколки летят внутрь, сигнализация продолжает надрываться.
Он выбивает торчащее в раме зазубренное стекло, не тратя время на то, чтобы вытащить блокираторы и открыть дверь, сразу лезет под рулевое колесо, разбивая пластиковую панель - и все это под вопль сигнализации, наверняка способный побеспокоить тех мертвецов, которые не ушли далеко.
Разбитый пластик режет руки, но Джерри зацепляет часть проводов, электронное сердце тачки, и выдергивает - сигнализация тут же умолкает, и Джерри теперь вытаскивает блокиратор и выпрямляется. Девочка наконец-то распахивает заднюю дверь, но та сразу же упирается в крыло стоящего почти вплотную темно-синего седана.
- Эй, эй, постой, детка, мы не причиним тебе вреда! Малышка, где твои родители? - спрашивает Джерри, стараясь выглядеть как можно безобиднее. - Давай, лезь сюда - тебе нужно выбираться, кроха, и мы поможем тебе найти твоих родителей.
Помоги Господи нам найти твоих родителей, думает про себя Джерри.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Под повязкой - ворохом влажных салфеток, удерживаемых на месте липкой лентой - рука немедленно начинает чесаться, но Джерри терпит, черпая смирение в примере того, кто умер за все грехи человеческие. Сам Джерри, разумеется, так далеко заходить не собирается - разве что до этого в самом деле дойдет, тогда конечно, - к тому же, у него тут кое-какие дела: нужно вывести ребят и Клэр в безопасное место, а еще всех остальных, кто нашел убежище в церкви, и эту кроху, спасенную из автомобиля, так что пока ему есть, чем послужить Богу, не прибегая к крайним мерам, и случайное заражение этим вирусом или что это там вообще такое в его планы не входит. К тому же, Клэр с детства тренировалась на них с Фрэнком - с любой царапиной, ссадиной, порезом они шли к ней, опасаясь получить взбучку от матерей, и Клэр никогда не подводила: все заживало, даже странно, что в итоге она стала работать не с живыми, а в морге.
Девочка, устроившись на руках Клэр, улыбается ему дружелюбно - она уже перестала бояться, к тому же, Клэр явно ей нравится, она доверчиво обнимает ее за шею, и Джерри думает, что из Клэр получилась бы отличная мать: она прекрасно ладит с детьми и наверняка могла бы найти общий язык и со своим собственным ребенком. Потом он думает, что не знает даже, замужем ли она - точнеее, думает, что она не замужем: во-первых, она еще ни разу не обмолвилась о том, что ее кто-то будет искать или ей нужно найти кого-то, а во-вторых, у нее на пальце нет кольца. И то, и другое может ничего не значить - но может значить и то, что догадка Джерри верна, и это его прямо сейчас удивляет: брак ее родителей был крепким и любящим, и в течение этих десяти лет, когда он думал о ней, то думал о ней замужем и в окружении детей, подсознательно, должно быть, наделяя ее чертами ее матери и окружая этими привычными элементами счастливого прошлого.
Реальность оказывается иной - но ребенок у нее на руках выглядит совершенно естественно, и Джерри даже не предлагает понести Фрэнки - Фрэнки, что это. если не божий знак? - самому.
- Если устанешь или станет тяжело, я возьму ее, - только и говорит он.
Его беспокоит сработавшая сигнализация, она может привлечь тех мертвецов, что недостаточно далеко ушли за вертолетами, но просто так унести ребенка из машины, в которой его оставила мать, Джерри не может: сейчас он все еще мыслит прежними категориями, уверенный, что вскоре все нормализуется, что власти в самом деле найдут способ изолировать и зачистить все места вспышек инфекции, и все вернутся к прежней жизни, и если с матерью девочки все хорошо, а он искренне надеется, что так и есть, и будет молиться об этом, то она будет искать свою дочь.
Оглянувшись и убедившись, что пока они в безопасности, насколько это сейчас возможно, Джерри снова лезет через переднюю дверь в машину. У Клэр выходило лучше, потому что из-за соседних тачек он не может как следует открыть дверь и приходится изворачиваться, втискиваясь в слишком узкое для него пространство, но Клэр занята с ребенком, так что Джерри не просит ее - да и сам толком не знает, что ищет, клочок бумаги, карандаш, что угодно, чтобы оставить записку матери Фрэнки.
В бардачке обнаруживается записная книжка, почти пустая, и даже карандаш, и Джерри тащит добытое обратно, а потом его взгляд падает в промежуток между передними сиденьями. На полу сзади стоит крошечный розовый рюкзачок "Хэлло Китти", который может принадлежать как дочери, так и молодой матери, и лежит такая-же ярко-розовая матерчатая сумка-мешок, туго затянутая у горловины розовым шнурком, и Джерри хватает и рюкзачок, и мешок, польстившись на эмблему обувного магазина на ней.
- Мое! - застенчиво говорит кроха, когда он вытаскивается обратно из машины, и указывает на рюкзак. Ну, хотя бы эту загадку удалось разгадать.
- Хорошо, детка, я понесу это, ладно? Обещаю, что не отниму, договорились?
Фрэнки разглядывает его, вопросительно смотрит на Клэр, но все же кивает, а затем показывает пальцем на мешок:
- А это мамино.
Джерри как раз распустил шнурок и теперь смотрит внутрь - спасибо, Господи!
Там кроссовки - женские кроссовки, может, для бега, может, для чего-то еще, он не особенно разбирается в таких вещах, особенно если они розовые с белым, но это кроссовки и Клэр сможет сменить свою обувь, если размер подойдет.
- Это тебе, - говорит он, отдавая мешок Клэр.
Какие еще доказательства божественной заботы ей нужны? Красная дорожка к Линкольн-центру?
Впору подумать и о том, что добрые поступки вознаграждаются - не реши она помочь ребенку, пришлось бы и дальше перебираться через улицы и машины на каблуках, как будто одной узкой юбки, которую ей приходится подтягивать куда выше колен, недостаточно.
- Мы одолжим обувь твоей мамы для тети Клэр, Фрэнки, но обязательно вернем, когда найдем ее, хорошо? Ты разрешаешь?
Девочка улыбается Клэр, прячет глаза и кивает.
Джерри раскрывает записную книжку, положив ее на крышу фольксквагена, листает до чистый страниц, пишет записку для матери девочки на тот случай, если она сможет вернуться: пишет свое полное имя, имя Клэр, имена своих ребят, точное время и обстоятельства, при которых они нашли ребенка, свой телефон, домашний адрес и адрес своей церкви, а затем также подробно пишет, куда они направляются и куда забрали ребенка.
По крайней мере, у женщины будет, с чего начать поиски.
В конце записки, поколебавшись, он приписывает извинения за разбитое окно и выдранную сигнализацию, обещание возместить ущерб, в том числе и за унесенные кроссовки, чтобы все это не так сильно походило на мародерство.
Пока он дописывает, из боковой улицы выгребает тихий мертвец - мужчина в форме медбрата, ни его примерный возраст, ни этническую принадлежность невозможно определить, так сильно он обглодан и залит кровью, однако двигается он довольно уверенно, несмотря на внутренности, свисающие из разорванного живота.
Фрэнки тоненько взвизгивает.
Это отрезвляет Джерри, напоминает, что они все еще не в безопасности - группа ушла вперед, и им тоже лучше поспешить, пока на шум сигнализации не подтянулись другие. К тому же, он думает, что кто-то еще из живых может идти следом по этой дороге, да и незачем тянуть за собой хвост из мертвецов к эвакуационному пункту.
Он засовывает записку в откинутую солнцезащитную шторку на месте водителя, убеждается, что она бросается в глаза, и поднимает свою тяпку, прислоненную к крылу фольксквагена.
- Закрой ей глаза, хорошо? - ни к чему ребенку все это видеть, уверен Джерри. - Куда ты посоветуешь бить? Там, в церкви, тебе хватило одного удара, в висок, да?

Даже если лекарство уже готово, этому человеку уже не помочь, повторяет себе Джерри, направляясь навстречу этому одинокому заблудшему мертвецу. Даже если есть вакцина, он все равно мертв - нельзя выжить с такими ранами, такой кровопотерей, с внутренностями, свисающими до колен припыленным хэллоуинским украшением. Он видел и такое, в Ираке, видел достаточно, чтобы это отпечаталось в памяти навсегда, так что этот человек уже мертв, просто ходячий мертвец, потерявшийся между жизнью и смертью, так что это не убийство.
Не убийство.
Нельзя убить того, кто уже мертв, думает Джерри, и сам отчетливо чувствуя фальш в этом: на самом деле можно, и он уже сделал это, десять лет назад сделал, убил Фрэнка еще раз, когда должен был заботиться о его семье, о его младшей сестре, которая и ему была как сестра, а вместо этого только все испортил.
Фрэнк умер снова, и это его вина, вот за что он просит у господа прощения последние десять лет, так что сейчас думает, что появление Клэр - это знак. Что он должен был просить прощения не у Господа, а у нее, и, может быть, самое время начать, как только они окажутся подальше от этих улиц.
Джерри не заходит так далеко, чтобы решить, что все эти смерти невинных и вирус посланы Богом лишь ради того, чтобы показать ему необходимость покаяться - это слишком жестоко по отношению к другим людям - но все же не может игнорировать некоторые знаки, которых становится все больше.
Ладно, обещает он себе, замахиваясь тяпкой - едва ли преподобный Габриэль Стоукс мог предположить, как будут использоваться его садовые инструменты - я поговорю с Клэр. Не так наскоро, между прочим, в туалете, а поговорю как следует, обязательно, и приму все, что она мне скажет, и сделаю все, что она мне скажет, но, Господи, выведи нас отсюда.
Бог не любит условия, Джерри знает об этом, но у них с Богом вроде как отношения накоротке, и он думает, что Господь понимает: Джерри не торгуется и просит не ради себя.
Острие тяпки врезается в висок мертвеца с влажным чавканьем, но крови нет. Зомби тут же роняет вытянутые руки, валится набок, и Джерри едва не выпускает черенок из рук от неожиданности, а затем ему приходится наступить мертвецу на плечо, чтобы вытащить свое импровизированное оружие. Он торопливо просит у господа прощения за этот поступок, крестит мертвеца и возносит еще одну очень короткую - буквально несколько слов - молитву, с просьбой позаботиться об этом человеке и принять его душу.
А затем оборачивается.
- Обувь подошла? Давай поспешим, если сигнализация привлекла еще кого-нибудь.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Темнеет быстрее, чем они идут - они могли бы идти быстрее, но Джерри против идеи разделиться, и они вполголоса обсуждают это с Ти-Догом, который воинственно крутит садовую лопатку и, наверное, воображает себя кем-то вроде солдата в тылу врага, добирающегося к своим через линию фронта и вражескую армию.
Джерри против идеи разделиться, потому что они успевают, даже с такой скоростью они успевают, к тому же, неизвестно, что ждет их впереди, до обещанной военными безопасной зоной перед Центром в один квартал, и он уверен, что им нужно идти всем вместе, чтобы не подвергать никого лишней опасности.
Но так считают далеко не все.
- Алиса, послушайте, вполне возможно, что военные сейчас заняты тем, что удерживают точки эвакуации по всему городу, включая Манхэттен, а так же отвлекают мертвецов. Если мы не продолжим путь, неизвестно, сколько придется ждать, - Джерри выходит вперед, потому что Клэр уж явно не настроена увещевать эту леди из городского департамента. - Нам лучше идти дальше.
- Идите, - упрямо говорит Алиса. - Я никого не заставляю оставаться. Уверена, это бессмысленная суета, и я лучше дождусь помощи здесь, сколько бы времени на это не потребовалось.
Джерри смотрит на массивные двери над десятком гранитных ступенек, на пять этажей с высокими потолками, возвыщающихся над улицей. В здании темно - электричества, видимо, нет и здесь - и внушительный холл теряется в тенях. Джерри думает о том, сколько внутри может быть больных, а потом о том, сколько еще людей предпочли остаться по своим убежищам.
- Мэм, здание слишком большое, чтобы мы успели его осмотреть. Это может быть небезопасно.
- Плевать, - резко заявляет Алиса, разворачивается к нему спиной и, опираясь на палку, принимается подниматься по ступеням. - Я знаю тут каждый фут, и поверьте, тут куда безопаснее, чем на улицах. Мы просто запремся и дождемся помощи. Ни к чему в темноте шататься по улицам, где бродит эта мерзость.
Эта мерзоть - такие же люди, как и мы, которым повезло меньше, едва не срывается с языка Джерри, но он сдерживает себя, глядя на поднимающуюся Алису и присоединившуюся к ней еще одну женщину.
Остальные подавленно молчат, его ребята смотрят на него с почти одинаковым выражением беспокойного вопроса на таких разных лицах. Джерри нечего им сказать - его дар убежденно говорить покинул его сейчас, когда так нужен, и это тоже воля Господа, но не может же он силой удержать Алису, которая очевидно не может больше идти.
- Может, нам ее понести? - предлагает Ти-Дог, и, видимо, куда громче, чем стоило.
Алиса оборачивается, возмущенно наставляет на него трость:
- Молодой человек! Я, может, и старая, но в своем уме - и могу решать за себя сама! Не говорите обо мне так, как будто меня здесь нет! В моем кабинете  есть все, что мне нужно на несколько дней, так что потрудитесь закрыть свой рот! Мы тут не в армии, чтобы я слушалась чужих приказов.
Ти-Дог ошеломленно замирает от такой резкой отповеди, и Джерри поспешно встревает:
- Простите, мэм. Конечно, вы можете решать сама.
Она права - они тут не в армии, и сейчас Джерри даже жалеет об этом, но быстро одергивает себя.
- Хорошо. Хорошо, как скажете. Давайте, я провожу вас до вашего кабинета, чтобы убедиться что вы устроились как следует, и чтобы проще было объяснить спасателям, где вас искать, хорошо?
Алиса  разглядывает его сверху вниз, но затем милостиво кивает:
- Хорошо. Это очень любезно с вашей стороны, - Джерри не обманывается этой формулировкой - судя по тону, она считает, что он ей еще и должен остался.
- Мистер Кей, мы вас подождем, - угрюмо говорит Ти-Дог.
Джерри оглядывает встревоженного Тома, не спускающего сына с рук, храбрящегося Стэна, поддерживающего полную решимости Риту, эту молодую девушку, кажется, Анну, Тересу и Ларри. Клэр, крепко прижимающую к себе девочку.
- Нет, лучше не стоит, - меняет он свое недавнее мнение насчет разделяться. - Рита, вы как, немного передохнули?
- Я в полном порядке, - заверяет его Рита, и Алиса смотрит на нее как на предательницу.
Джерри кивает:
- Замечательно. Ти-Дог, идешь впереди, я вас скоро догоню.
Алиса за его спиной снова принимается подниматься
Клэр просит Тересу взять девочку, поправляет норовящую сползти ниже юбку.
- Иди с ними, я вас быстро нагоню, - Джерри смотрит с подозрением на ее манипуляции, но Клэр даже не останавливается, чтобы поспорить, как будто хочет как можно быстрее избавиться от Алисы. Если и так, то Джерри не может ее винить.
Алиса достигает холла. Рамки металлоискателей, замаскированные в дверях, едва слышн попискивают, сигнализируя об отключении электричества, и это не хуже всего прочего напоминает, что Манхэттен переживает плохие времена. Ее трость звонко стучит по выложенному плиткой полу, она тут же устремляется по привычке к лифту, жмет на кнопку, но панель над кабиной не загорается.
Джерри осматривается в холле, прислушивается, идет к широкой лестнице, ведущей на другие этажи.
- Электричества нет, Алиса, - напоминает он.
Она тяжело вздыхает - просто пожилая уставшая женщина с протезом, не готовая к тому, что с ней случилось - и также тяжело направляется к лестнице.
- Мой кабинет на четвертом этаже. Не так уж и высоко.
Сара предлагает ей локоть, Джерри обгоняет их обеих, поднимается первым: здесь нет ни окон, ни аварийного освещения, и ко второму этажу становится заметно темнее. Джерри останавливается на площадке, поджидая поднимающихся, выходит в коридор - там светлее благодаря окнам в обоих концах, ряды закрытых кабинетных дверей выглядят мирно. Не похоже, что кто-то вот-вот кинется на них из-за угла.
Так и выходит: никто не кидается на них из-за угла, потому что первый мертвец спускается им навстречу с третьего этажа - судя по тому, что на нем беговые шорты и когда-то светлая футболка, едва ли он работал здесь, когда началось светопреставление. Должно быть, как и они, искал помощи - и тогда Джерри хочет знать, что его убило: на его руках и шее полно рваных ран, не обработанных, ничем не перевязанных, а на лестнице и в холле они не видел крови, значит, понимает Джерри слишном медленно, бегуна растерзали уже здесь, на третьем этаже или выше, и, будто в подтверждение его догадок, к рычанию и вою бегуна присоединяется целый хор, а вслед за звуками на лестнице появляются и другие - один, два, три... На шестом Джерри бросает считать.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Джерри оглядывается на крик Клэр, полностью согласный - возвращаемся и бегом, и Сара тоже торопливо спускается с лестницы, возвращаясь на площадку второго этажа. Клэр пытается увести Алису, но безуспешно, а мертвецы спускаются и их явно слишком много, чтобы он пробил им путь наверх, даже с помощью своей супер-тяпки.
Так что Джерри присоединяется к Клэр, подхватывает Алису с другой стороны - она странно тяжелая, дышит прерывисто, не может идти, и вот теперь он думает, что нужно было настоять на своем, нужно было понести ее, как и говорил Ти-Дог, но не разделяться и не позволять Алисе бросить группу.
Он зажимает тяпку под мышкой, обхватывает Алису за талию, поднимая ее на ноги.
Ему некогда разбираться с тем, что с ней - в любом случае, помочь они ей смогут только без наседающих на пятки зомби.
- Давай уберемся на улицу, - говорит Джерри, - я попробую заблокировать двери департамента снаружи, чтоыб они не вышли на улицу...
- Они и здесь! - вдруг кричит Сара, уже успевшая спуститься на первый этаж. - Прямо тут! О господи!!!
Ее крик переходит в совсем уж жуткий вопль, полный не только ужаса, но и боли - она выкрикивает "Нет!", а затем Джерри слышит звук падения, и рычание прерывается чавканьем. Крики Сары становятся неразборчивыми, и Джерри не нужно спускаться на первый этаж, чтобы понять, что там произошло, к тому же он не может оставить Алису - Клэр одной едва ли получится ее вытащить.
Они спускаются до середины лестницы с площадки второго этажа, Джерри заглядывает вниз - несколько мертвецов рвут на части Сару, которая уже не отбивается, но трое поднимают головы, заслышав спускающихся живых.
Джерри торопливо дергает Алису и вместе с ней и Клэр обратно, наверх, как раз успевая затолкать их обеих и самому скрыться за дверями, ведущими с лестничной площадки на второй этаж до того, как мертвецы с третьего этажа догребают к площадке.
- Держи ее, я сейчас ее отпущу, - Джерри отпускает Алису, оставляя ее на попечении Клэр, и торопливо просовывает черенок тяпки в скобы ручек на дверях в коридор. По деревянному полотну раздаются удары - мертвецы знают, где скрылись живые, и хотят проникнуть в коридор, но двери пока выдерживают.
Джерри оглядывается, но коридор кажется по-прежнему пустым - никто не выходит из-за дверей, никто не бредет по узкой выцветшей ковровой дорожке посреди коридора.
Алиса дышит хрипло, прерывисто, и выглядит еще хуже.
За дверями рычат зомби, они на втором этаже высоченного здания постройки прошлого века и до земли не меньше пятнадцати футов, а Алисе нужна медицинская помощь.
Самое время для молитвы, думает Джерри - может, через пару минут.
Он выдергивает из джинсов ремень, перевязывает ручки дверей - хорошая кожа, хороший подарок, выдержит немало, - потому что не хочет оставлять свою тяпку. Пусто на втором этаже или нет, он не хочет оставаться с пустыми руками.
Вытащив тяпку и убедившись, что ремень держит мертвецов на площадке, он возвращается к Клэр и Алисе, на ходу дергая несколько дверей - заперто.
- Что с ней? Мы можем чем-то помочь?

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Перед сердечным приступом Джерри практически беспомощен - он умеет остановить кровотечение, наложить повязку, шину, если речь о переломе, умеет работать с шоковым состоянием, но обширный инфаркт, что делать с ним?
Пока Клэр проводит весь комплекс реанимационных мероприятий, Джерри только и может, что придерживать голову Алисы так, чтобы она не касалась ковровой дорожки, и может, он должен чувствовать себя бесполезным, но он таковым себя не чувствует: он держит Алису за руку и молится, потому что так он тоже помогает, он уверен в этом.
Однако Бог оставляет их в этом здании - и Клэр, не поднимая глаз, прекращает свои попытки помочь Алисе и извиняется, как будто это ее вина.
Опять отшатывается к стене - так же, как отстранилась в пристройке, когда Гэйб воскрес и снова умер.
Джерри поправляет пиджак на теле Алисы, опускает ее голову на пол - на ней не было крестика, и он даже не знает, какую религию она исповедовала, не знает даже, верила ли она хоть во что-то, она даже умерла, так и не приходя в сознание, но может, с учетом обстоятельств, так даже лучше.
- Ты сделала все, что могла, - признает Джерри, потому что ему кажется, что Клэр хочет это услышать. - Не извиняйся.
Он знает, что Клэр не нравилась Алиса, но она не бросила ее, как Сара - и вот чем это закончилось для Сары.
Джерри крестит Алису, складывает ей руки на груди, потирает лицо - шум от мертвецов за дверьми начинает раздражать, и Джерри не так хорошо знаком с планировкой здания департамента, чтобы быть уверенным, что мертвецы никак больше до них не доберутся.
- Она умирала не в одиночестве, - говорит он, и думает о Саре - он не мог помочь им обеим, а результате не смог помочь никому.
Они опять сидят на полу, как потерявшиеся дети, но время истекает - Джерри чувствует почти физически, как минута сменяется минутой, как все дальше уходят его ребята.
И хотя Алиса и Сара заслуживают совсем другого - более глубокой скорби, совсем другого места упокоения, прощания с родными и близкими - ни Джерри, ни Клэр не могут даже задержаться здесь, чтобы сделать что-то еще для этих мертвых женщин.
Джерри забирает удостоверение личности среди других вещей, вываленных из сумки Алисы, но фамилию Сары он не знает, и это его мучает - однако путь на первый этаж по-прежнему перегорожен мертвецами, ломящимися в двери, пока выдерживающие натиск, и это мешает не только попрощаться с Сарой и вверить ее душу Господу, но и им покинуть здание, которое теперь кажется Джерри настоящей ловушкой
Ловушкой, которая может стать им могилой.
- Вставай, - говорит Джерри, поднимаясь на ноги и подхватывая свою тяпку, прячет удостоверение личности Алисы в карман, к ламинированному удостоверению Рэя Донована. - Давай выясним, как убраться отсюда.

Они идут по коридору, дергая за ручки кабинетов, но все кабинеты заперты, а ключи из сумочки Алисы не подходят - они либо от ее дома, либо от кабинета на пятом этаже, и здесь от них нет ни малейшего прока, зато окно в конце коридора, ведущее в проулок, радует тем, что в паре футов от него проходит пожарная лестница, ржавая, металлическая, не доходящая до земли на десяток футов, но все же спускающаяся ниже, чем карниз за стеком.
Конечно, из последнего в коридоре кабинета на нее выход куда лучше, и Джерри, взвесив все за и против, все же примеривается к проникновению со взломом. Конечно, это преступление - но все же не смертный грех, и он собирается сделать это лишь ради спасения жизни, своей и Клэр, так что он считает, что Бог его поймет. В конце концов, Бог должен понимать такие вещи, чтобы прощать тех, кто ошибся, но раскаялся.

Он осматривает замок, вгоняет острие тяпки между косяком и усиленной подложкой замка, нажимает - дерево скрипит, а затем он слышит другой звук: хриплое низкое рычание, совсем тихое, но раздающееся куда ближе, чем раньше, и вовсе не из-за двери, рядом с которой они стоят.
Джерри оборачивается - это Алиса, и она идет к ним, мертвая, совершенно точно мертвая, и на ней не было укусов, Джерри уверен в этом совершенно точно, как не было ни одного симптома, которые они наблюдали у Гэйба. Она умерла от сердечного приступа, а не от вируса - но вот она идет на них по коридору, обрюзгшая, потому что мертвые мышцы обмякли, приволакивая протез.
Джерри застывает возле двери, не понимая как, почему Алиса восстала - как это возможно, ведь она не болела и умерла не от болезни, но Клэр внезапно вцепляется ему в руку, ниже закатанных рукавов, и ее короткие ногти глубоко врезаются ему в предплечье.
Его это отрезвляет. Джерри вгоняет тяпку в расшатанный прогал между косяком и замком, наваливается - и под громкий треск выломанного замка они вваливаются в кабинет. Алиса подходит ближе, но спотыкается о залом на ковре, ее протез не выдерживает неровных движений мертвого тела, подворачивается, она тяжело валится на пол, но продолжает ползти, подтягиваясь и рыча, из ее рта тянется нитка слюны, засыхающая на подбородке, глаза затянуты белесой пленкой, и она рычит, рычит, как будто в ней не осталось больше ничего человеческого, как будто все, чего она хочет, это вцепиться в Клэр или в него, ведомая этим единственным желанием, и, наверное, Джерри не такой уж хороший человек, потому что и его любовь к ближним имеет свои пределы, так что, когда Алиса - приведшая их в эту ловушку, ставшая пусть и невольной, но все же виновницей смерти Сары и, возможно, и смерти Клэр, если им не удастся выбраться из здания - подползает к кабинету и переваливается через порог, вцепляясь Джерри в кроссовок, он не думает, вообще ни о чем не думает, действует на инстинкте, и изо всей силы дергает дверь, один раз, два, три, пока не проламывает Алисе череп тяжелой дверью, пока она - то, во что она превратилась - не замирает, наполовину в кабинете, наполовину в коридоре.
Пусть Бог ее прощает, потому что Джерри не может - просто не может.
И это не то, что он готов принять в себе вот так запросто, не после этих десяти лет, которые он посвятил тому, чтобы служить людям, любить людей, любых, всяких - но и думать об этом он не хочет, так что тянет Клэр к окну, вытаскивает блокиратор из-под рамы, дергает наверх.
В открытое окно сразу же доносится музыка издалека и шум с реки. Джерри высовывается в окно, подтягивается, вылезает на пожарную лестницу, все еще не расставаясь с тяпкой, которая уже лидирует в его личном рейтинге супер полезных предметов обихода, а затем протягивает руку Клэр.
- Ну, идем, Козявка, спустимся почти на пол этажа, а потом спрыгнем. Смотри, там мусорные контейнеры прямо под лестницей, все обойдется и мы вот-вот окажемся внизу.
А потом догоним остальных. А потом доберемся до Линкольн-центра. А потом уберемся отсюда как можно дальше.
А потом он опять сможет быть тем, кем должен быть.

[nick]Джерри Кейтель[/nick][status]религиозный оптимист[/status][icon]http://s3.uploads.ru/TD4Av.jpg[/icon]
Она в самом деле прыгает, зажмурившись, как будто ей снова восемь - и на короткий миг Джерри верит, что все закончится, как тогда: он ее поймает.
Он и в самом деле ее ловит - но ей давно не восемь, а мусорные мешки в контейнере не отличаются особой устойчивостью, так что под их совместным весом он теряет равновесие, валится на спину, и вонючие, кое-где склизкие мешки гостеприимно принимают их обоих в свои мусорные объятия.
В попытке удержать Клэр Джерри прижимает ее к себе излишне крепко, что-то тянет его за ремешок часов. Клэр ойкает, Джерри совершенно уверен, что держит ее за задницу - и поспешно отпускает, откидывая в разные стороны мешки и поднимаясь в контейнере, сперва держась за край, потом возвращая устойчивость.
Помогает встать Клэр, озирающейся кругом, ощупывающей себя.
- Клэр? Цела? Мне показалось...
Она держит руки за спиной:
- Давай просто вылезем из этого контейнера.
Джерри не спорит, встает на край контейнера, добротного нью-йоркского контейнера, которые встречаются даже в проулках Манхэттена, спрыгивает на асфальт, прислушивается, но ни воя, ни рычания не слышно - должно быть, мертвецы по-прежнему в здании.
Однако он все равно перегибается через край контейнера, шарит в поисках тяпки и с довольным видом извлекает ее из-под мешков.
Клэр все еще топчется в контейнере.
- Клэр, что-то не так? Ты что-то потеряла? Давай, помогу вылезти.
Он снова протягивает ей обе руки.
- Ты молодец. Правда. Просто умница, Козявка. Спрыгнула, как настоящий морпех.