[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Он только раз рот открывает, чтобы спросить, где находится школа - получив адрес, выруливает на бульвар, вклинивается в плотны поток автомобилей. На Эми старается не смотреть - она волосы в два хвоста собрала, сидит смирно, прямо ни дать, ни взять пай-девочка, как будто ему прошлая ночь приснилась или вроде того.
Притормаживая, чтобы пропустить полицейскую тачку, все думает о своем - ну что ей, ровесников мало было? А потом сам себе напоминает - это ж он ее в койку затащил. Сам. Решил, что она хочет - ну и потащил.
Вот с этим у него, пожалуй, главная проблема - с тем, что он никак не хотел ее обидеть или вроде того, а по факту так все и случилось, по крайней мере с точки зрения закона. Вроде как до семнадцати ребенок сам не в состоянии решить, чего хочет, чего не хочет - окей, возможно, соглашается Фрэнк, только Эми-то тут причем? Она работает не меньше любого взрослого, о младшем брате заботится - и типа, все равно ребенок? Да она, черт возьми, отлично знает, чего хочет - у них пол этой ночи об этом было, о том, что она знает, и что?
Мысли бегуют по кругу, как белые мыши в вольере, Фрэнк никак не может понять, что ему-то делать - теперь, когда он знает, что делать?
Выкинуть ее из тачки возле школы, вроде как последнее одолжение? Игнорировать, встретив в коридоре?
Делать вид, что у них ничего не было?

Когда она заговаривает, он даже сперва ушам своим не верит - не отвлекаясь от дороги, пару раз все же на нее посматривает.
- Я не спрашивал, потому что, блядь, подумал, что ты старше, - огрызается он.
Ну да, она вышла из своей квартиры такая деловая, дала дельный совет, телефон одолжила, повела на работу - не в школу же повела. После они в бар зашли и что-то он не помнит, что у нее проблемы с тем, чтобы купить выпивку были - как он должен был догадаться, что она малолетка?
Фрэнк заставляет себя соскочить с этой темы - уже не догадался, все. Тема закрыта.
- Нет, - говорит коротко.
Еще чего не хватало, изображать из себя ее отчима - отчима, блядь. Ладно, не отца.
Мысль вздорная, конечно, не настолько уж она младше, чтобы он ее отцом мог быть, но Фрэнку все равно как дерьма нюхнуть, да и насчет отчима не лучше: сразу напоминает про Бена, который к ней в трусы лезет.
Бэн лезет, Фрэнк лезет - один отчим лучше другого.

Она сидит рядом, притихла, отвернулась. До школы остается минут десять, если без пробок, но они уже опаздывают. Фрэнк посматривает назад, вперед, выбирает момент и перестраивается, выигрывая еще пару минут. Встречное такси с наклейкой того де таксопарка, что и на форде Фрэнка, дважды мигает фарами. Фрэнк знает, это предупреждение, что в том районе, куда он направляется глухо - да еще бы, муниципальная школа, парк, сейчас полный мамашами с детьми из окрестных многоэтажек, которым едва ли понадобится такси, пара офисных зданий, где рабочий день в разгаре. Был бы на работе - и сам бы туда не сунулся, но у него другой интерес.
Они въезжают на парковку перед школой - приземистым серым зданием - без двух минут двенадцать. Идут уроки, но среди припаркованных тачек все равно тусуется несколько компаний - подростки курят, болтают, не сказать, что кого-то всерьез заботит школа.
А вот Эми заботит - пусть даже из-за Ларри, но заботит же, и после его отказа она сидит, как в воду опущенная.
Понятно, боится, что их с братом разлучат.
Фрэнк глушит двигатель, выдергивает ключи - ну, понятно, что не уезжать собирается.
- Ладно, - говорит сквозь зубы. - Ладно, давай. Сделаю. Что там о Бэне известно, чтобы я не облажался? Только быстро, времени вообще не осталось.

Стоит им выйти из тачки, как от одной из компаний отделяется Руби - торопливо пробирается к ним, взмахивая руками.
- Слушай, детка, тебя все утро все спрашивают, я замучалась говорить, что ты появишься - Джей с парнями уже решил, ты кинуть всех хочешь... Симпатичное платьице, одолжила у бабушки?

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Фрэнк взглядом предлагает Руби заткнуться - она сразу же делает вид, как будто и не при чем, и они двигают в школу через центральный вход. В коридорах слышен тихий бубнеж - некоторые двери в классы открыты, там идут, господи помилуй, уроки.
Фрэнк шагает по коридорам, про себя повторяя - Бен Тайлер, Бен Тайлер, отчим Эми. Отчим Эми, который не хочет, чтобы ее отчислили, славный парень, у них славная семья и Эми немного напортачила, но отчисление - это слишком.

Очередной сюрприз поджидает его прямо на пороге кабинета директора - ее, оказывается, зовут Эмили.
Фрэнк протягивает директору руку, тот пожимает, предлагает садиться - дурной, наверное, признак, значит, что разговор будет длинным.
Директор Джонсон смотрит на край его татуировки, вылезший из-под края рукава, и лицо у него сразу становится кислым, будто он уксуса хлебнул.
Фрэнк стаскивает куртку, садится на соседний стул с Эми, кладет куртку на колени, готовясь изображать из себя славного парня Бена Тайлера.
- Разумеется, - откашливаясь, говорит он. - Правда, мне через час тоже нужно быть на работе, но я предупредил, что запоздаю, раз уж Роуз никак не смогла выбраться.
Директор смотрит на него пристально, но, кажется, упоминание о работе и имя матери Эми его немного расслабляет.
Фрэнку не по себе от его взглядов, но он держится спокойно.
Кивает, когда директор упоминает пропуски.
Эми говорит, что ей очень жаль, у нее совершенно убитый голос - Фрэнк думает, уместно ли будет похлопать ее по руке в жесте поддержки, или это уже лишнее? Он все-таки не ее отец, а всего лишь муж ее матери - и если у него нет планов забраться к ней в трусы, то, наверное, он должен ее лишний раз и не трогать?
- Мистер Джонсон, сэр, - встревает он, - насчет пропусков - нам с Роуз очень жаль, что так случилось...
Он замолкает.
Директор смотрит на него - Фрэнк даже угадывает, о чем тот думает: нормальные родители должны были заметить, что Эми не посещает школу. Нужно придумать такую историю, которая не выставит в дурном свете ни Эми, ни ее семью, чтобы не возбудить лишних подозрений, а у Фрэнка не так чтобы хорошо с фантазией, но он намерен постараться.
- Критическое количество пропусков, мистер Тайлер, - повторяет директор, устало глядя через стекла очков. - С начала учебного года.
Фрэнк снова кивает.
- У нас тут последнее время выдалось сложное, сэр, - осторожно начинает он, как бы наощупь - вот о чем надо было спрашивать Эми, понимает он, а не о Бене, потому что директор явно ждет какого-то объяснения от отчима Эми, а не от нее самой.
Джонсон подается ближе, складывает руки на столе - явно готов слушать. Это уже хорошо - что он готов слушать, видать, не соврал, когда сказал, что считает Эми толковой - умной молодой леди.
Фрэнк продолжает.
- У всей нашей семьи, я имею в виду.
И тут его осеняет - осеняет, и Фрэнк сразу же приободряется.
- Сэр, это наша с Роуз вина. Не вина Эми... Эмили. В июле я вернулся из Ирака, сэр, лежал в госпитале - осколочное ранение, мало приятного... Роуз разрывалась между госпиталем и работой все лето и сентябрь, а все домашние хлопоты и забота о Ларри - это наш с Роуз сын, ему пять и он такой шебутной пацан, только глаз да глаз, - вдохновенно врет Фрэнк, глядя в лицо дируктору Джонсону, - все это легло на Эми. Она молодец, со всем справилась - присматривала за братом, убиралась, готовила для Ларри и матери, следила за всем... Роуз торчала возле меня, дела были плохи, а Эми заботилась о доме. Не знаю, сэр, как бы мы справились без нее.
Он смотрит на Эми - на Эми в синем платье с белым воротником, которая в этом платье, с этими хвостами, с опущенными глазами выглядит на свои шестнадцать.
Да блядь, думает Фрэнк, и снова смотрит на директора.
- Поэтому она и запустила школу, сэр. Но это не ее вина. Теперь я дома, все под контролем. Эми вернется в школу, все наверстает. Мы с Роуз знаем, какая она умная, правда. Если дать ей еще один шанс, она им воспользуется - это не ее вина, насчет школы.
Директора проняло - он снова переводит взгляд с него на Эми, и видно, что история Фрэнка заставила его немного снизить градус возмущения.
- Вы военный, мистер Тайлер?
- Да, сэр, - говорит Фрэнк. - То есть, уже нет - я уволился, после комиссии. Сержант КМП, сэр, три контракта в пустыне - и с меня хватит, я думаю. Хочу, чтобы моя жена больше не волновалась, жив я или мертв. Хочу быть здесь, рядом с моей семьей - с моими девочками и сыном. Хочу, чтобы Эмили вернулась в школу, закончила ее и поступила в колледж. Мне кажется, мы все хотим одного и того же, сэр, правда? Я, вы и Эми.
Директор поднимается на ноги, протягивает Фрэнку руку через стол - Фрэнк тоже поспешно вскакивает, жмет протянутую руку.
- Вы обещаете, что Эми возьмется за учебу и наверстает все пропущенное?
- Да, сэр, - повторяет Фрэнк. - Даю слово. Прослежу за этим.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
- Какое еще, нахуй, дело? - огрызается Фрэнк - но она уже торопливо бежит по парковке к самой большой компании, возле которой трется Руби.
Он стоит возле тачки, как дебил, смотрит на школу, затем снова за Эми, видит, как она о чем-то переговаривается с каким-то рослым парнем в спортивной куртке с эмблемой Янкиз, а потом - не сойти ему с этого места - видит, как она этому парню передает фасовку. Фрэнк вырос в Квинсе - он понимает, что именно видит, и догадывается, что парень сейчас скинул ей в сумку бабло, бабло за фасовку.
Так вот зачем ей школа - толкать траву, блядь, вот откуда деньги, чтобы делиться с матерью и ублюдком-отчимом, затыкая им рты, когда они разойдутся.
Это не его дело, напоминает он себе. Она - вообще не его дело, или ему так хочется оказаться снова на нарах, и на этот раз сроком на дольше, чем три месяца? Так нетерпится?
Она возвращается, держится настороже - это Фрэнк сразу сейчас выкупает, что она дергается.
Хотя с хера бы - он ее отмазал перед директором, дальше ее дело, как она выгребать будет.
- Так что за дело?  - спрашивает Фрэнк, не торопясь в тачку сесть. Ему, конечно, пора - но это поважнее будет.
- Дело мы твое порешали, а это что за хуйня? Так это ради этого ты сюда мчалась?
Он смотрит на нее, на ту компанию - запоминает на всякий случай каждого: рост, комплекция, прически, цвет кожи. Замечает взгляд Руби - она вроде как тусуется, но сама все поглядывает в сторону форда.
- Ты что, дурь толкаешь? И я ради этого тебя там отмазывал, этому мужику в глаза врал про наше счастливое благополучное семейство - чтобы ты могла и дальше тут дурь сливать?
Его это зацепило, конечно - ну еще бы. Когда он тогда в коридоре запашок травы унюхал, подумал, ну мало ли, у девчонки жизнь не сахар, расслабиться-то иногда можно, если редко, и вроде за неделю от нее больше ни разу не пахло травкой, вот его и отпустило, а сейчас опять забрало.
- И сама тоже, да? Что еще? Кроме травы, еще что-то употребляешь? Таблетки, крэк? А толкаешь что?
Он наезжает и знает, что наезжает - только остановиться не может. Никак не может, будто гребаный поезд, сорвавшийся с горы.

Ему пять было, когда мать нашли мертвой в одном из контейнеров в доках, порубленой на куски, если верить женщине из соцслужбы, явившейся вместе с полицейскими в квартиру Лорейн Кастильоне. Та женщина, конечно, не Фрэнку это сказала, насчет кусков, а соседке, выглянувшей на шум, когда копы выбили дверь, за которой уже трое суток сидел мелкий Фрэнки. Три дня назад Лорейн велела ему сидеть тихо и дала несколько цветных карандашей и раскраску на внутренней стороне коробки из-под хлопьев, пообещала, что скоро вернется и принесет что-нибудь вкусное, а потом ушла на встречу с дилером. Она не была законченой наркоманкой, Фрэнк до сих пор хочет верить, что не была, но, должно быть, связалась не с той компанией - сперва толкала по мелочи и всякую ерунду, а потом подсела на крэк и начала торговать героином, чтобы заработать побольше - и закончила, как заканчивают все мелкие торговцы в этом гребаном городе.
Фрэнк смотрит за Эми, а видит копов, выламывающих дверь их плохонькой квартирки с помощью штурмового молота. Слышит голос той соседки - нет, офицер, я не слышала, даже не думала, что здесь ребенок... Я бы вызвала вас раньше, если бы заподозрила, что мальчик здесь совсем один, я просто думала, что они уехали, ну, понимаете, задолжали за квартплату и уехали...
Она и не могла заподозрить - мать велела Фрэнку сидеть тихо, как мышонок в норе, и он сидел. Тихо, как мышонок в норе - следил за часовой стрелкой на стене и за тем, как ночь сменяет день, даже света не зажигал, только иногда бегал в ванную, в туалет и попить воды, потом что мать оставила ему полпачки жутко-сладкого, с каким-то химически-клубничным вкусом печенья.
Сладкого он тогда на всю жизнь наелся, до сих пор не тянет.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
- Чего цепляюсь?! - рычит Фрэнк, бьет по крыше форда, чтобы совсем уж не сорваться - на нее не сорваться. - Какая мне разница?!
Ну охуенно, конечно - какая ему разница.
- Такая, блядь, мне разница! Я чуваку тому слово дал, что ты из этой сраной школы не вылетишь, что все в порядке будет - думаешь, это в порядке называется? Думаешь, ты так заработаешь? Реально, да? Заработаешь на хорошую жизнь, на дом, на школу для брата - торгуя дурью? Заработаешь, не попадешься копам, да еще и за два года? Много ты видела тех, кто так заработал?! Давай, может, это я тупой - может, это я не врубаюсь, что вот же он, верный путь, толкай дурь школьникам и через два года собственный дом и все такое!
У него прямо зла не хватает на нее - ну вот теперь Фрэнк прямо ясно видит, что ей и восемнадцати нет, такую херню лепить.
- Я тебе скажу, чем это кончится - ни хера не домом и не бабками для вас с Ларри, а колонией тебе, и то, если повезет. Колонией, если тебя до восемнадцати загребут и судья попадется нормальный - тогда да, считай, повезло, легко отделалась! Ларри, конечно, точно тогда отдадут в Систему, но когда ты выйдешь, ты, конечно, сможешь попытаться его себе забрать - не обещаю, что выйдет, но попытаться можно! Но это если повезет - а если не повезет, то тебя из реки выловят, вот и все дела, потому что это обычно и случается с теми, кто решает в этом бизнесе бабла срубить! Этого хочешь? Два варианта, блядь - два, и ни в одном из них нет нормальной жизни для брата, так что сразу забудь!!!
Он резко замолкает, смотрит на нее, а потом думает - да какого хрена. Чего он на нее орет на школьной парковке. Чего вообще от нее хочет.
Хочет, чтобы она выкинула эту дрянь, вот чего, тут же приходит ответ. Чтобы вышла из дела и больше этой херней не занималась. Чтобы взялась за учебу, поступила в колледж и закончила его с дипломом.
Чтобы стала кем-то, а не просрала все, как это чаще всего и случается с теми, кто живет восточнее от Манхэттена.
- Ладно, - говорит Фрэнк немного спокойнее - прямо заставляет себя проглотить это все. - Ладно. Вечером поговорим, мне на работу пора. Тебя подкинуть куда, или здесь останешься, с друзьями потусишь?
Последнее у него прямо с ядом выходит - какие друзья, так, клиенты, а она, значит, местный дилер.
Ну просто не день, а пиздец какой-то - чего ему еще о ней узнать осталось? Что она на самом деле коп под прикрытием?

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Она садится в тачку, встряхивает волосами, распуская эти свои хвосты - и снова становится больше похожей на ту Эми, которую он в коридоре встретил, и Фрэнк, конечно, все еще зол - из-за всего, из-за всего зол, и из-за ее уродского отчима, и из-за того, что ей семнадцати нет, и из-за того, что она дурь толкает, чтобы, типа, для брата денег заработать, потому что его гребаные родители не хотят о нем как следует заботиться...
Короче, поводов у него до хрена, и он прямо и не знает, с какого начать - но думает про все это и, конечно, злости поменьше становится: не ее вина, что она в таком дерьме оказалась, не ее вина, что поверила в быстрые и легкие деньги, и уж точно не ее вина, что кроме нее у ее брата, считай, и нет никого, кто бы о нем позаботился.
А о ней кто позаботится, спрашивает сам себя Фрэнк.
Ей-то кто мозги на место поставит, пока она действительно в беду не попала?
Вечером, думает Фрэнк. Вечером он с ней спокойно об этом поговорит, постарается не орать, объяснит, что тюрьмы переполнены ребятами, которые тоже думали, что по-быстрому заработают на хорошую тачку или крутые шмотки - только на деле все иначе, на деле смогли заработать себе только на срок, она что, тоже этого хочет? И на хрена тогда было так беспокоиться, что ее отчислят, если она все равно с дурью связалась.

Он тоже садится в форд, снова трогает с места, поглядывая в зеркала. В салоне устанавливается неприятная, тяжелая тишина - впервые за неделю между ними такая тишина, гнетущая, мрачная, наполненная отзвуками ссоры, вот теперь самой настоящей ссоры.
- Отчим твой сегодня дома? - спрашивает Фрэнк, возвращаясь мыслями к другой своей заботе - у него прямо целая национальная лотерея, не одно, так другое, только успевай отмахиваться.
Смотрит на Эми - она бурчит, вроде как, а где ему еще быть.
Может, она из-за этого хочет Ларри увести гулять? Не торчать же целый день дома, нарываясь на мудака.
Так-то он уже понял, что ей у него потому еще так ночевать заходит - чтобы с матерью и Беном не пересекаться, - и не в обиде, только если она сегодня в "Джайпур" не пойдет, то чем целый день заниматься будет? По улицам с братом таскаться?
- А как выгуляешь брата, чем займешься? - спрашивает снова, прямо как будто доебаться решил. - По улицам таскаться будешь, или в коридоре сидеть? Только давай не начинай, что это твое дело, ок? Твое, я знаю, но не начинай.
Он вытаскивает из кармана куртки ключ от своей квартиры, отпуская руль, протягивает ей.
- На, бери. Все лучше, чем в коридоре сидеть, или от Бена отбиваться. Не пригодится - кинешь в почтовый ящик.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Пару раз он думает написать Эми - что-нибудь такое, нейтральное, но чтоб она поняла, что ему жаль, что он сорвался на нее у школы. И в то же время поняла, что то, что она делает - не вариант, если она и впрямь хочет нормальной жизни. Фрэнк ворочат эту мысль и так, и сяк, раскатывая по центру, подбирая пассажиров, кивает на названный адрес, отсчитывает сдачу, помогает с чемоданами пожилой бабе, которая замахала ему возле отеля средней руки в Восточном Бруклине, но ничего дельного в голову не лезет, а потом он вовсе про это забывает, уходя с головой в работу - вечером поговорят, он как раз остынет как следует.
Понедельник на удивление удачный - из города расползаются театралы, посещавшие Бродвей на уик-энде, закончилось сразу несколько конференций, так что Фрэнк как минимум трижды возит пассажиров в аэропорт, а это двойной тариф, плюс несколько поездок на вокзалы. Ему не влом помочь с багажом, он крепкий парень, крепкий и молчаливый, и сытые, ленивые гости города остаются довольными, так что до конца смены еще далеко, а он уже вроде как набрал сумму дневной выручки. Заскакивает в таксопарк, рассчитывается - менеджер, Курт, понимающе кивает:
- Домой, Морпех?
Тут у всех есть клички - почти как в казарме. К Фрэнку, понятно, прицепилась "Морпех" - он не возражает, ему так-то пофиг, к тому же, так и есть, чего уж.
- Да, дела есть, - коротко отвечает Фрэнк.
Курт забирает его путевой лист, ставит отметку о расчете.
- Переходил бы ты на ночные поездки, Морпех. Сам знаешь, там платят лучше, чаевые щедрее, да и ты крепкий, чего тебе бояться... И между нами, Фрэнк, я тебе так скажу - некоторые девчонки, когда ты их из бара забираешь, прямо-таки сами на хер вскочить готовы, если таксист мордой вышел... Каждую ночь можно новые впечатления получать - и никто не в обиде.
Курт смеется, Фрэнк улыбается.
- Я женат, но подумаю - бабло лишним не бывает.
Менеджер ему подмигивает:
- Бабло и телочки, Морпех. Бабло и телочки. Жена даже не узнает.

Возле таксопарка Фрэнк по привычке тормозит у магазинчика какой-то китайской пары, торгующего всем подряд, берет две упаковки колы, потом, подумав, одну выгружает обратно, проверяет телефон. От Эми ничего. Вместо второй упаковки берет бутылку виски, запить все сегодняшние новости, отправляется домой.
В почтовом ящике ключа нет - Фрэнк поудобнее перехватывает бумажный пакет с колой, виски и всякой ерундой вроде новых бритвенных станков и шторки для душа взамен старой, покрывшейся плесенью, идет к лифту. Тот снова не работает - в дом нужно вкладывать, и вкладывать немало, но Броснан, видимо, понимает, что мало кто из жильцов может платить больше за улучшенные условия жизни, и не хочет терять пусть меньший, зато постоянный доход, пускаясь в опасное плавание по морям реновации.
Поднимаясь по лестнице, Фрэнк думает, что скажет Эми.
Слушай, ты должна это бросить.
Слушай, мы должны это прекратить.
Слушай, тебе нужно не проебать школу.
Все это было бы правильным, если бы не одно но - все это подразумевает, что Эми глупый ребенок, которому надо говорить, что делать, а Фрэнк, как ни старается, не может себя заставить воспринимать ее так. Как глупого ребенка. Вообще как ребенка.
На этаже, где пахнет мясом, наверное, из квартиры Рамиресов, там частенько готовят нормальную еду, он медлит, проходя мимо двери в квартиру Эми. Медлит, затем и вовсе останавливается, придерживая пакет подмышкой, стучит, ждет - из глубины квартиры доносится перебранка, кажется, решают, кому идти открывать.
Фрэнк стучит снова, на этот раз сильнее и прислушивается: кто-то приближается.
Дверь распахивается, на пороге появляется Бен - полуголый, воняющий кислым потом. На бледном, одутловатом лице застыла кривая ухмылка, зрачки совсем крошечные - да он под кайфом, понимает Фрэнк.
- Эми здесь? - спрашивает Фрэнк.
Ухылка с лица Бена сползает, превращается в злобную гримасу.
- Эта шлюха уже неделю почти не появляется... А ты кто?
Фрэнк не отвечает, ставит пакет возле двери, шагает в квартиру, хватает Бена за жирную шею - до того не сразу доходит, только когда Фрэнк прижимает его к стене, передавливая локтем горло.
- Слушай сюда, мудила. Продолжишь свои грабли распускать, я их тебе вырву и ими же тебя забью до смерти, как паскуду последнюю. Ты понял? Понял?
Чуть отступая, Фрэнк дает Бену ответить, но тот этим шансом распоряжается неправильно:
- Роуз! - орет что есть сил так, что, наверное, на весь дом слышно. - Роуз! Вызывай копов!
Насчет этого Фрэнк не парится - понятно, что блеф, Бен обдолбан и здесь, поди, полно наркоты, себе же дороже с полицией связываться. Он бьет Бена в лицо, потом в жирное брюхо, обхватывает за сальные плечи, кидает на пол - тот падает, сотрясая пол этажа.
- Роуз! - орет. - Роуз! Ах ты сукин сын!
Фрэнк наваливается сверху, коленом мудаку в живот, встряхивает, прикладывая затылком о грязный линолеум в прихожей.
- Заткнись, сука! Я два раза не повторяю. Еще раз увижу на ней синяки или услышу, что ты полез - пеняй на себя, своими же яйцами подавишься, я тебе обещаю!
Бен пытается вцепиться ему в горло, царпает длинными грязными ногтями щеку, Фрэнк встряхивает головой, будто муху отгоняет, еще сильнее коленом давит, пока ублюдок под ним хрипеть не начинает, а в глазах у него не появляется понимание.
- Бен!.. Убирайся! Ты кто?! Отпусти его! Бен!!! - в коридор выкатывается Роуз - грязные волосы, грязный халат, пояс от которого давно потерян, нет даже примерного сходства с Эми. За ней из другой комнаты осторожно выглядывает маленький пацан, испуганно ойкает, его мордочка кривится, как будто он готовится заплакать.
- Отпусти! - Роуз набрасывается на Фрэнка, тот отталкивает ее одной рукой, она падает на задницу, и вот тут пацан в самом деле начинает плакать.
- Ты меня понял? Я приду за тобой и кончу, мудила. Слово даю. Только одна жалоба - и я приду! - тихо говорит Фрэнк в перекошенное лицо Бена, наклоняясь еще ближе.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Захлопывая дверь под вопли Роуз, фрэнк сразу прется на кухню, только куртку сбрасывает, а Эми утешает брата в гостиной, возится с ним, воркует деланно-радостным тоном, включает телек...
Бедный ребенок, думает Фрэнк непонятно о ком, вытаскивая из принесенного пакеты бутылку виски, откручивая и делая глоток прямо из горла.
Он весь еще в этом - еще чувствует хриплое кислое дыхание Бена на своем лице, его жирное брюхо под коленом, чувствует его страх, настоящий такой страх, когда он понял, что Фрэнк и правда это сделает. Ну, может, убить не убьет, но измордует как следует, так, что тот долго потом ссать кроью будет.
И Фрэнк хочет это сделать - хочет вернуться туда и доделать дело. Да, он предупредил, это было предупреждение, он в самом деле не хочет проблем - хочет, чтобы этот упырь перестал к Эми лезть, но еще сильнее, где-то внутри, сильно и горячо, он хочет прибить мудака. Бить, ссаживая кулаки о его морду. Сломать ему все кости. Выбить зубы. Топтать его, слушая хруст и крики боли.
Вот чего он хочет.
Фрэнк ставит бутылку на стол - пожалуй, это дурная мысль.
Открывает холодильник, суется внутрь - хоть и октябрь, а его эта драка распалила, он сейчас, наверное, горячий как печка.
Из холодильника идет прохлада, остужая разгоряченное лицо, помогая подумать о другом. О том, что второй срок будет дольше и поставит крест на работе в такси. Что квартира может уйти. Что Эми...
Фрэнк не додумывает - хотя понятно, приедут копы на драку, начнется разбирательство, Ларри отправится в опеку, Эми, наверное, тоже.
Никаких драк. Припугнул - и хватит.
Хорошо припугнул, Бен едва не обоссался, остановись на этом, Фрэнки, говорит Фрэнк сам себе. Бен трусливый ублюдок, ему хватит.
Ему хватит, но не Фрэнку.
Фрэнк открывает глаза, разглядывает пиво в холодильнике - она что, купила для него пива? На бабло от травки?
Впору опять разозлиться, а он думает о том, что не дело это, что она на него бабло тратит, которое копит, чтобы с братом свалить от этого дерьма подальше.
Но бутылку пива берет - бутылка холодная, давно стоит, видимо, не то что теплое, что он принес.

- Ничего, - говорит Фрэнк. - Притащила и притащила. Пусть остается, если надо, не проблема.
Теснее от пятилетки не станет, и место есть - не проблема. Все лучше, чем ему торчать дома, где бухая мать и отчим-наркоман.
Малец, конечно, сперва рыдал в голос, когда Эми его в квартиру Фрэнка заносила, но уже успокоился - она его быстро угомонила, отвлекла, мультики какие-то включила.
Фрэнк отклоняется от холодильника, на который опирается, смотрит в гостиную - Ларри свернулся на диване калачиком, баюкает свою машинку в руках и как завороженный уставился в телек.
Хорошо быть пятилеткой, думает Фрэнк - включил мультики и все, жизнь наладилась.
На плите стоит большая сковорода с толстым дном, в которой Мария мясо тушила, и пахнет мясом - домашней жратвой, не карри даже.
- Да, давай, - кивает Фрэнк. Выставляет из пакета колу - вроде как ей взял. - Сама ела? Будешь? А он?
Кивает в гостиную.
Из-за стены доносятся причитания Роуз, потом злобный вопль Бена - наверное, зализывают раны, по роже Фрэнк ему прямо от души съездил, до сих пор на сердце тепло.
- Если дергаешься, что они копов вызовут, то зря - не вызовут. Он под кайфом, не захочет связываться. Да и она. Только пьет?
Когда они ссорились с Марией, та его в игнор кидала - ходила по квартире так, будто его тут и не было. Не разговаривала, не готовила, даже спать ложилась с Лиз, на диване - и не важно, в чем была причина ссоры и кто был виноват. Просто сразу же игнор - может, поэтому Фрэнк так ничего и не написал Эми: думал, что она не ответит.
Но она приготовила пожрать - и не вот замороженную лазанью разогрела, а приготовила по-настоящему, кучу времени, поди, потратила, и бабла, в магазин за продуктами сходила. И сейчас не игнорирует - сама на кухню приходит.
Фрэнк далек от мысли, что она его вроде как всем этим подкупить хочет - пивом, горячей мясной жратвой - но все равно как-то постепенно успокаивается: им бы поговорить, порешать со всем этим, а у него в голове пусто, непонятно, с какой стороны подступиться.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Они едят почти молча, Фрэнк все примеривается, ну и потом - и правда вкусно, не особенно до болтовни.
Наевшись, пацан начинает клевать носом, пригревшись на коленях у сестры - прижался к ней, как котенок, она его укачивает, ну чисто с дитем. Вроде как мать ему заменила. Фрэнк прикидывает, сколько ей было, когда он родился - одиннадцать, вроде? Сама еще ребенок, а ему как мать.
- Нормально. Нахер это, не про это речь.
Ларри открывает один глаз, но, видимо, считает, что такому как Фрэнк замечаний лучше не делать.
- Да, плохое слово, - соглашается Фрэнк на невысказанное. - Я тоже больше не буду его говорить.
Ну и как им разговаривать при ребенке тогда, не понимает он.
Отпивает еще пива, запивая рагу - пряное, горячее, отлично вышло, где она только научилась, явно не в "Джайпуре".
- Слушай, давай-ка ты его укладывай, он все равно уже все равно, что спит, только мучается. Возьми подушку из спальни, одеяло, короче, что надо, а я пока тут все уберу. И подваливай поговорить, разговор есть.
Он все еще не знает, что и как ей скажет - знает только, что либо она это бросит, либо все. Это все равно дорожка в одну сторону, и Фрэнку по ней не по пути - вот вообще не по пути.

Пиво заканчивается вдруг - Фрэнк открывает холодильник, тянется было за второй бутылкой, а потом думает, какого хрена.
Вытаскивает из шкафа убранный виски, стакан - потом, подумав, еще один стакан.
Наливает в оба, один в два глотка выпивает, наливает еще - он не любитель надраться, но иначе и трех слов не свяжет, орать опять начнет и вообще все испортит, а виски его вроде как успокаивает.
Собирает тарелки, закрывает поплотнее сковороду - рагу еще осталось, и позавтракать хватит - вытирает стол и встает к мойке. Вода шумит успокаивающе, Фрэнку даже вроде как нравится - он пытается решить, как относиться к этому. К тому, что ей нет семнадцати. К тому, что она с ним спит уже неделю. К тому, что ее отчим полный гондон, а брат без нее вообще пропадет.
Все так сложно, у него никак в голове не укладывается - что теперь делать? Съехать? И куда? Бросить ее здесь, типа, свалить?
Забрать ее к себе? Еще лучше, чтобы рано или поздно какой-нибудь Броснан или те же Рамиресы врубились, что он тут втихаря ребенка растлевает. Съехать вместе с ней? А Ларри? Даже если она и согласится брата оставить, это вообще как - чтобы он тут с голода помер или попался уроду под горячую руку?
Съезжать всем троим? И что, говорить новому домовладельцу, что это его младшая сестра? Племнница?
Он этими мыслями быстро себя в тупик загоняет, садится за стол, потягивая виски, ее стакан - даже трети нет - греется рядом с банкой колы.
За окном потемнело, октябрь же, сонце садится рано - фонари отбрасывают отсвет на низкие тучи над городом, откуда-то снизу доносится музыка, что-то этническое, Фрэнку пофиг.
- Прикрой дверь, - говорит он, когда Эми появляется из гостиной. - Чем ты конкретно занимаешься? Кроме травки, чем еще? Сама чем догоняешься? Не надо мне лечить, что это не мое дело, что мне без разницы. Мое дело, и разница тоже есть - если ты в этом дерьме, то это мое дело, и я знать хочу, все знать хочу, так что выкладывай.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Ей прямо против шерсти, что он спрашивает - он видит, глаза-то у него есть. Против шерсти, но отвечает - может, считает, что должна ему кое-что, может, считает, что иначе он орать начнет и ребенка разбудит, Фрэнку, если честно, наплевать. Главное, что отвечает.
Он смотрит ей в лицо - к виски она не прикасается, только колу к себе свою двигает, жестяная багкк проезжается по столу с глухим звуком.
Врет, не врет?
Будто почувствовав его сомнение, Эми торопится заверить, что и впрямь только по травке - Фрэнка малость попускает: другие дела - другие люди, звучит и правда разумно. Ладно, допустим, шестнадцатилетеней соплячке никто не доверит большую партию - но вряд ли она направо-налево сообщала, сколько ей лет.
Ему-то не сообщила.

И ничем она не догоняется.
Ну ладно, это Фрэнк знает - чтто она ничем не догоняется, думает, он бы заметил, если что. Допивает свой виски, тяжело смотрит на Эми, кивает.
- Ладно.
Трет себя по лицу, смотрит в пустой стакан - ладно, хватит ему.
Тяжело поднимается, идет к холодильнику, вытаскивает другую банку колы, тянет за жестяное кольцо, стоит у нее за спиной.
- Вот как сделаем. Если у тебя еще товар есть, все, что осталось, мне продашь. А своему поставщику скажешь, что выходишь. У тебя там долг? Проблемы? Разберемся, если что. Порешаем. Сколько ты в неделю на этом зарабатываешь? Я дам. Только бросай. Бросишь?
Он обходит стол, ставит банку колы, к которой так и не притронулся, упирается кулаками в стол, заглядывает ей в лицо.
- Бросишь? Эми, или так - или никак. Тебе надо это бросить. Это не для тебя, я серьезно. Я не лезу - блядь, Эми, я не лезу, не буду лезть, но вот это - это тебе надо бросить. Это ничем хорошим не заканчивается, никогда, если вовремя не выйти.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Фрэнка чуть смех не разбирает - да уж какие с него деньги, у него нет ни хера. Все, что оставалось от выплаченного армией - он в форд вбухал, ну и за квартиру и чтобы немного обустроиться, и она вроде как знает про это, так что уж, если в самом деле из-за этого, то точно глупость.
И она злится, аж на ноги вскакивает - Фрэнку кажется, сейчас его ударит или вроде того, и это ему еще смешнее, что, что ее так разобрало, как будто он правда так о ней подумать может, и он фыркает:
- Да не думаю!.. Не думаю я так, Эми, - нужно помнить, что в соседней комнате ребенок спит - ребенок, который пугается, если взрослые орать начинают, и Фрэнк сдерживает себя и от того, чтобы наорать на нее, как у школы орал, и от того, чтобы расхохотаться в голос.
- Да Эми, блин, да послушай...
Не слушает - а потом ему вроде как уже не смешно, когда она говорит, что не потому к нему ходит. Так и говорит - не потому. А потому что он ей нравится, и Фрэнк сразу как-то теряет вот это все, что в нем с утра кипело, смотрит на нее - ну что она несет, блин, что несет.
Обхватывает ее, пока она кашляет - прямо вся заходится кашлем - вминает в себя, чувствуя ладонями, как у нее спина вздрагивает.
- Ну что ты, красотка, ну что ты начинаешь, - бормочет ей в волосы, гладит по спине, ниже, по заднице, слышит ее дыхание, сердитое сопение, - я так не думаю, ни разочка еще не подумал, Эми, ну правда.
Да и с чего бы - даже по меркам Квинса, даже для шестнадцатилетней девчонки он так себе вариант: с баблом у него не густо, тачка херовая, развлекаться не умеет, если, конечно, ей драки в баре не заходят. Хотела бы к баблу присосаться - нашла бы себе кого получше, ей запросто, она симпатичная, и фигура такая, что редко кто второй раз не посмотрит, это все Фрэнк знает, а она, по ходу, нет.
И у него прямо все внутри сыпется, когда она говорит, что он ей нравится - потому что и она ему нравится, и это вот как раз то, что ему весь день сегодня покоя не давало не меньше, чем то, что она с дурью связалась.
Она ему тоже нравится - и это ему прямо поперек горла, потому что надо бы ему ей помахать и валить подальше, не дожидаясь, когда им какая-нибудь социальная служба, а там и копы, заинтересуются, а он нет, никак, прямо как будто ему медом намазано.
- Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за этого, чтобы ты в неприятности попала, пока этой хуйней занимаешься - вроде как беспокоюсь за тебя, детка... Ты много с этого поднимаешь? Сколько потеряешь, если бросишь?

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Сорок баксов - это херня, это он потянет всегда без вопросов, думает Фрэнк, когда она говорит, сколько в неделю ей с травы капает. Это и впрямь немного - несерьез она этим занимается, так, заигрывает, но Фрэнк думает, что оно так и идет - сперва понемногу, быстрые легкие деньги, вроде того, соблазн велик, а потом ее находят в доках или вылавливают из реки.
И вот чего он не хочет, так это чтобы Эми Вуд нашли в доках или выловили из реки.
Думает, не рассказать ли ей - может, она правда считает, что это херня, и история из жизни ее задуматься заставит, но потом забивает - потом как-нибудь, может, если случай будет. Слишком личное - совсем личное, да и совсем давнее, он не любит о таком говорить, вот вообще.
Куда больше ему нравится слушать, как она дышит, к его плечу прижимаясь, и нравится, как аккуратно у нее задница ему в ладони ложится, как будто они - его руки и ее задница - друг для друга созданы.
Ну и понятно, он как ее трогать начинает, дальше все, дело труба - мысли становятся вязкими, плотными, все вниз уходят, пониже пояса, и он только угукает, когда она задиристо предупреждает, что все равно ничего не возьмет.
Возьмет, конечно, он придумает что-нибудь - сорок баксов ей в любом случае не лишние, вряд ли ей в "Джайпуре" сильно больше платят, а ему - ну возьмет двойную смену, пару раз в неделю ночью покатается и сотню сверху получит. Это он пока примеривается, районы узнает, спрос и предложение - а ребята в таксопарке говорят, что иной раз за неделю и штуку поднимают сверху того, что отдают Курту. Ради этого, конечно, приходится постараться - и все больше ночные и утренние смены, но Фрэнк так-то работы не боится, а за рулем ему и правда комфортно.
- Сильно, малыш. Очень сильно, - признает в ответ. - И серьезно, давай так сразу не отказывай насчет денег.
Он ее на стол сажает, прямо перед собой - стол скрипит, кряхтит, но выдерживает, зато ему так к ней сильно наклоняться не нужно.
Гладит по коленям, по бедрам, по рукам, целует в подбородок, в висок, легонько к губам прижимается.
- Ты меня всю неделю, считай, кормишь, сегодня накупила в дом всего - давай я хотя бы это возмещу. Ну и ребенок - ребенку, поди, дохрена всего надо. Я ж не тебе даю, не на всякую хрень - телефон там новый, шмотки или развлечения с подружками. Тебе деньги не на себя нужны, да? Ну а раз так, разве это вот про то, что ты говорила? Про то, что ты типа за бабло ко мне ходишь? Вообще нет. Я просто помочь хочу - как ты мне помогла с моими проблемами, детка, это нормально. Нормально друг другу помогать, если есть возможность - и ты же не просишь, я сам предлагаю.
Его прямо на разговор пробило - это позитивное влияние виски, Фрэнк на это и рассчитывал, а то так-то, знает, не больно говорлив.
Болтает, а сам ее поглаживает везде, как-то подальше запихивая мысль, что ей шестнадцать - ей всю неделю шестнадцать было, что теперь, посыпать голову пеплом и отправиться на исповедь?

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
- Ты помогаешь, - совершенно честно говорит Фрэнк. - Охуеть, как помогаешь.
И сейчас он даже не про дельные советы, не про такси это гребаное, которое она же и посоветовала - а про другое. Наверное, про то, что она ему дает - без уговоров, без ломания, без вот этого рассчета, что с него взамен поиметь. Для Нью-Йорка этон е так чтобы редкость, но и не вот на каждом шагу встречается, а Фрэнк хлебнул дерьма с Марией и теперь, наверное, потому так западает на это - на то, что она ему и впрямь помочь хочет. Жратвы приготовила, в магазин сходила, уступила ему насчет травы этой - ну и все остальное, что вот это все позволяет: трогать себя, гладить, и всю неделю позволяла, хотя ей не зашло сразу, много было и все такое.
Фрэнк это в уме держит - что не надо с ней торопиться, но теперь-то это даже понятнее становится - боже правый и пресвятая дева, ей всего шестнадцать, а он ее ебал, вообще не думая, как бы поаккуратнее.
Зато теперь думает и это, если честно, вообще не та мысль, которая ему заходит или заводит там посильнее - ну вот что ей шестнадцать, вроде как девочка еще совсем - а наоборот, и он уже думает отпустить ее и спросить, что ли, что там по урокам, вообще не уверен, что им нужно в койку вместе ложиться, может, как-то на обжимашках тормознуть...
пока ей семнадцать хотя бы не стукнет.
А потом она его ближе притягивает, прямо сама, ноги раздвигает, что в твоем кино и тянет его за ремень к себе, а дальше вообще ему под майку лезет, сперва ладонями, потом губами, и Фрэнк чувствует - поплыл. Поплыл, блин, потому что мало у нее там опыта или нет, а ему заходит, чертовски заходит, и предложи ему любую бабу во всем Квинсе, если не во всем городе, выбрать, он все равно бы Эми выбрал, вот как она ему заходит, и то, как оно у них, пусть даже так медленно, что он правда вчера думал - с ума сойдет.
И все его благие намерения - все эти слова насчет уроков, насчет того, что, детка, может, не будем - они у него в горле засттревают, там и остаются.
Фрэнк помнит, что ее держать нельзя - и нельзя снять со стола, перевернуть и трахнуть - но уже как-то нормально это воспринимает. Стягивает с себя майку через голову, швыряет на стул - они вчера как следует друг на друга поглядели, и, вроде как, ей это понравилось, чтобы при свете, так что он про это не парится - и за татуировки свои тоже не волнуется, тут каждый второй расписан в знак принадлежности к той или иной банде, вот и Фрэнк тоже, только его банда зовется Корпусом Морской Пехоты и они драли зад сраным арабам за океаном, а не тачки угоняли или рынок травки делили, и стыдиться ему нечего.
Он просовывает руки между ними, гладит ее по бокам, по груди, приподнимая в ладонях, находя большими пальцами соски через два слоя ткани - майку и лифчик. Потирает - ну ладно, какие шестнадцать, что за глупости.
И она тяжело, жарко ему в живот дышит, почти прямо над ремнем, и у него от каждого выдоха как мурашки по телу, и он хочет попросить - давай, детка, возьми в руку, если не хочешь по-настоящему, - но он прикусывает язык, молчит, проглатывает это: она еще, поди, и не завелась даже, вчера у них долго это все было, пока ей не захотелось, пока нравиться не начало.
Так что Фрэнк набирается терпения, прямо вот из всех резервов черпает, тихонько сдвигает ей лифчик повыше, гладит сиськи через майку, стараясь не сжимать сильно, гладит горло, заставляя ее голову поднять - и тут уж целует, как следует за нее принимается, глубоко, с языком, ее язык задевая.
Ниже пояса намеренно не спускается, даже сам старается к ней не качнуться - а хочется, уже хочется.
Целует, пока воздуха хватает, а потом, с резким вдохом, принимается ей шею целовать, отводя волосы за ухо, выцеловывает мокрую дорожку от самой мочки к впадине между ключицами, лижет там, далеко язык высовывая, дует, больше реагируя на то, как она по столу ерзает, чем на то, чего уже самому хочется.
Опускает ее спиной на стол и сам следом наклоняется, находит твердую выпуклость соска под майкой, трется губами, забирает в рот, сосет, пока ткань не намокает, вторую грудь ладонью накрывает - его девочка. Его девочка, которую ему не иначе как ангел-хранитель прислал - ну да, малость облажался с возрастом, ну так разве ангелы в законах штата чего секут. Фрэнк уверен - и не должны.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
- Ага, давай. Пошли.
Она к нему голой грудью прижимается, трется, трогает его в джинсах - Фрэнк, понятное дело, заводится от этого всего, неслабо заводится, и то, что она чувствует, что он завелся и вроде как в постель пойти предлагает, сама предлагает, примиряет его с тем, что ей шестнадцать - ну шестнадцать и шестнадцать, он же ничего плохого ей сделать не хочет, наоборот.
Обидеть ее не хочет - и никому не даст ее обидеть, и все сделает, как вчера они делали, чтобы ей понравилось, а если она еще чего захочет - то он и это сделает, потому что ему с ней хорошо, и он хочет, чтобы и ей с ним хорошо было, вот так, и в койке, и не только.
Сам говорит - "пошли", а сам от нее оторваться не может, все ближе прижимается, в чертов стол рукой упираясь, чтобы совсем уж не наваливаться, и целует ее, целует, а она рот открывает, впуская его язык, своим языком его касается.
И он очень скоро начинает хотеть с нее джинсы и трусы стащить - там потрогать, как вчера трогал, и чтобы ей понравилось, так понравилось, что она сама на него потом залезла, и ей уже не было его много - нормально ей его было, а ему было просто улет.
Фрэнк ее со стола на себя сгребает - она ноги за его спиной скрещивает, коленями обхватывает, повисает, как на дереве - и вот так, продолжая целовать, в гостиную выпирается - и там только вспоминает, что у них тут пассажир, а значит, надо поумерить.
Опускает Эми на пол, хлопает по заднице:
- Беги, я свет выключу и сразу за тобой.
Возвращается на кухню, пока свет ребенка не разбудил, подбирает их шмотки, недопитую колу - знает же, потом пить как хочется - выключает свет и, разуваясь на ходу, прется в спальню на свет, закрывает за собой дверь
Эми сидит на кровати - голая, розовая, - и у Фрэнка от этой безыскусной сексуальности, которую она, может, даже сама в себе не знает, в горле пересыхает, а сердце заходится как шальное, он думает, весь дом стуком перебудит.
Она голая - и смотрит на него внимательно, как будто вчера не всего разглядела, и Фрэнк думает: ладно. Ладно, почему нет.
Скидывает их шмотье, с кухни принесенное, на пол возле кровати, стаскивает ботинки, носки, берется за джинсы. Ладно, казалось бы, раздевается и раздевается - он у себя в квартире, да и вообще, после шести лет в казармах ему без проблем, но под ее взглядом все иначе - он ловит себя на дурацкой мысли ей не понравиться, вот так не понравиться, как есть, и эта мысль смешная и глупая, потому что ну раз они уже до этого дошли, то, наверное, он ей нравится - она сама сказала, что нравится, ну и вот так, голым, тоже нравится.
Фрэнк тянет джинсы вместе с трусами - член уже стоит, не вот прямо, но есть, что показать - опускается рядом с ней на кровать, на руку опираясь. Тянется к ее губам, гладит по груди, снова сосок прихватывая, и ниже рукой ведет, через живот прямо туда, между ног, и на этот раз она уже влажная, и под его рукой сама ноги раздвигает.
Фрэнк помнит, как они вчера делали - целует ей грудь, длинно, мокро лижет, и ему кажется, она внизу все мокрее становится - как будто ее тело впитывает влагу и она в другом месте выступает.
Он мягко трет ее там пальцем, не торопясь - но это как само собой выходит, когда палец в ней оказывается, и он ближе наклоняется на боку, когда она на спину опускается, целует ей соски, под грудью, вокруг, то в рот забирает, то лижет, медленно-медленно в ней пальцем водя взад-вперед, почти полностью выходя и снова в нее, и она узкая, узкая и горячая, но вроде как охотно его палец впускает, и Фрэнк еще один прибавляет, растягивая ее.
- Нормально? - спрашивает хрипло. - Нормально или тороплюсь?
Спрашивать спрашивает, а сам руку убрать не может - приминает ладонью ее волосы на лобке, двумя пальцами в ней, смотрит ей в лицо.
- Так хорошо? Не много?
Два пальца - это почти целый хер, она плотно два пальца обхватила и он думает, вдруг ей опять слишком много будет, и двигает медленно-медленно, чтобы она привыкла, чтобы разобралась. Хочет показать ей, что это главное - самое главное, вот как это может быть, как ему с ней.

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
У нее голос становится такой, тягучий, что ли. Как сахарный сироп, и она трогает его, гладит, как он ее, и к себе тянет, в волосы ему пальцы запускает, не хочет, чтобы он останавливался, вот что.
Фрэнк идет - не совсем, конечно, и помнит, что ей страшно, когда он вроде как ее хватать начинает, ну и наверное, если сильно прижмет, тоже страшно будет, так что он не хватает, не наваливается, весь вес на локоть переносит, целует ей плечо, шею, лицо, где достает, а сам все двигает в ней пальцами, уже побыстрее, и тычется ей в ладонь.
У него пальцы мокрые, она внутри тоже мокрая и горячая, и уже не такая узкая, как сначала, и Фрэнк слышит, как она дышит, и смотрит на нее, на вспухшие губы, на мокрые светлые волосы внизу, на плоский белый живот...
- Вот так хочешь? - уточняет, целуя в шею, шарит под подушкой, вытаскивая презерватив. - Не сверху?
Но не торопится надорвать фольгу, у него по-прежнему пальцы в ней - и она мокрая и горячая на его пальцах, и Фрэнк уверен, что там, внизу, она на вкус карри и персиковый ликер, сладкая и острая, и он гладит ее, двигает быстрее, целует в шею, надавливая языком, слизывая ее запах с горла, с плеча, вокруг розовго торчащего соска.
Охренеть, как он ее хочет - охренеть, сколько в этом желании чего-то нового, такого, что даже сдерживает его, помогает не торопиться. Она так ему хорошо сделала, когда сказала, что бросит торговлю, поговорит с Аджитом и выйдет из дела, что Фрэнк не знает, как ее за это отблагодарить, кроме как сделать ей в ответ хорошо, и ей хорошо, она сама сказала, очень хорошо, и вчера тоже было хорошо, пока он пальцем ее трахал.
Фрэнк знает - он если ей вставит, то долго не протянет, и медленно тоже не сможет, это не по нему, зато вот так, пальцами - да, без проблем.
Он кладет руку поверх ее пальцев на своем члене, сжимает - охуенно, и то, что она сама к нему тянется, и то, что он может ее всю видеть, и то, как она шире ноги разводит, и то, как вздрагивает, когда он основанием ладони задевает повыше, там, где ее складки соединяются.
Большим пальцем там надавливает, стараясь не сильно нажимать, ищет, поглаживая по кругу, вверх и вниз, и теми пальцами, что в ней, двигает - и не переставая, встает на коленях между ее ног, наклоняется к ней, задевая членом по животу, опять сосок лижет, прикусывает слегка и тянет, мокро, горячо облизывая.
В голове гудит, вот-вот, кажется, его наизнанку вывернет - и Фрэнк приподнимается, сосредотачиваясь на том, как она вокруг его пальцах, еще немного быстрее двигать начинает, порезче, на всю длину засовывая, а большим посильнее давит, трет, раскрывая ее складки - вроде, девчонкам иногда даже хер не нужен, чтобы кончить, ну и если Эми его много, то, может, так хорошо будет, не случайно же она заговорила про это.
И вот когда думает, что все и больше не сможет, то надрывает упаковку, раскатывает по себе резинку, опускается ниже - сперва трется хером возе самой дырки, пока она ерзать под ним не начинает, а потом вставляет, медленно, охуенно медленно, но сразу до конца, одним медленным плавным движением, и останавливается так, давая ей привыкнуть, и вот когда начинает двигаться, упираясь обеими руками в матрас по обе стороны от нее, чтобы не забыться и не зажать ее слишком сильно - вот там да, там все, как Фрэнку надо, пусть даже чертовски, невыносимо медленно, зато целиком, и она крепко обхватывает его собой там внизу, и в нем с каждым движением по телу проходит жаркая волна, путая мысли, заставляя дышать жарче...

[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]серый волк[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/324308.jpg[/icon]
Она скрещивает ноги у него за спиной, как будто ловит, как будто не хочет, чтобы он отстранялся, и Фрэнк плывет в этом горячем мягком жаре, в том, как пахнут ее волосы, ее кожа, в том, как она целует его, в том, как гладит по спине, выгибаясь под ним, как будто хочет еще ближе быть, и хочет его еще глубже, и ей его уже больше не много, Фрэнк чувствует, что не много, и когда она нажимает ему на поясницу, шепчет это свое "быстрее", он с благодарностью принимает это, как она его принимает.
Двигается быстрее, выдыхая, вцепляясь в скомканную простынь под ними, жмурится - ему кажется, что слишком жарко, от света в комнате, от ее поцелуев, ее прикосновений, вот так, тело к телу, мокрая кожа к мокрой коже.
Фрэнк больше не думает, тяжело ли ей. Не думает, не слишком ли его много - вообще ни о чем не думает, когда она так близко и так хорошо, так, как ему хочется, так, как ему нужно.
Он прижимает ее плечом к кровати, вжимает в матрас - трахает, пытаясь поспеть за этим, что все сильнее закручивается внутри, заставляя резче выдыхать горячий воздух, резче двигаться. Может, и стоило бы снова тормознуть, вернуться к той неторопливости, чтобы убедиться, что ей того же надо - так же быстро и так же сильно, но на это Фрэнка уже не хватает: у него пустая тяжелая голова, и он весь с Эми, на ней, в ней, а все остальное сейчас кажется каким-то ненастоящим, как будто нарисованным - все, кроме этой комнаты и кровати.

Фрэнк кончает внезапно, резко, будто спустили курок - только что он еще поднимался в эту крутую гору, смутно угадывая наступающее, как вдруг это накрыло его горячей мощной волной, сметая все на своем пути, любые мысли, любые сомнения.
Он тяжело опускается на Эми, пережидая, вдыхая запах ее кожи и выдыхая то, чем переполнен сам - этим покоем, ярким, жарким удовольствием от того, как они близко, как он глубоко в ней.
Вытирает мокрое лицо об простынь, когда наконец-то возвращается, целует ее в волосы, скатывается, падает на спину, восстанавливая дыхание, возвращая себе ощущение собственного тела, а не только члена.
Спальня кажется маленькой, душной из-за закрытой двери, но прямо сейчас Фрэнк не хочет подниматься, открывать окно.
Больше всего он хочет спать - сгрести Эми под себя и уснуть, а утром проснуться с ней, и чтобы они оба никуда не торопились и он мог сделать это снова. Трахнуть ее снова - без разницы, сколько ей лет, без разницы, на сколько она младше, чем занимается, почему ему не подходит.
- Приводи брата сюда, когда твои начинают орать. И сама приходи. Даже когда меня нет, приходи. У меня есть еще один ключ, это не проблема.
Он хотел сказать ей это раньше - много раньше, а не так, чтобы это выглядело, будто она переспала с ним ради этого: ей не нравится, когда он так думает, ну, что она ходит к нему, чтобы что-то с него получить, и Фрэнк, который без вопросов делился бы с ней тем, что зарабатывает на такси, отдал бы ключ, поселил бы ее здесь, старается деликатничать.
- Я не из-за этого предлагаю, - касается он ее бедра, притягивая ее ближе. - Не из-за того, что мы трахаемся. Не то что считаю, что ты делаешь это ради чего-то.
Даже если так - ну, у нее очень скромные запросы.
- Сколько тебе до семнадцати?