[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Это для него - это он понимает. Понимает, что это ее способ показать, как ей нравится - он ей нравится, и то, что между ними, нравится, и то, что будет через три недели. Ее способ сказать ему "да" - еще и так, и когда Лори наклоняется, тянется к нему еще ближе, упираясь в низкий подлокотник, снова накрывает его ртом.
Проходится языком по головке, по пальцам, и Айк торопливо убирает руку, и тогда она опускается еше ниже, мягко и плотно, обсасывает, как конфету, его член у себя во рту, прижимаясь щекой к животу, щекоча кожу волосами.
Она хочет, чтобы он смотрел, помнит Айк, отводя темные пряди Лори к затылку, перекидывая на второе плечо - она старается взять больше, он чувствует горячее гладкое нёбо, чувствует, как она задерживает дыхание, опускаясь еще ниже. В зале достаточно света от экрана - достаточно, чтобы Айк видел , как у нее подрагивают ресницы, видел ее мокрые припухшие губы, блеск слюны на коже, пятна лихорадочного румянца на щеках.
Она полна решимости ему отсосать - для него, и хочет, чтобы он смотрел, трогал ее, хочет сделать это и так тоже, прямо в кинотеатре, даже не дожидаясь, пока у нее на пальце окажется кольцо или пока они не окажутся в спальне.
Не хочет ждать, и он тоже не хочет ждать - и уж точно не сейчас, когда она опускается все ниже, забираает все глубже, до того, что у них обоих дыхание перехватывает.
Айк бестолково гладит ее по спине, по ткани платья, затем нащупывает подол, снова тянется к ее заднице, оглаживает поверх трусов, просовывает пальцы под край, рвано выдыхает куда-то вверх, когда Лори напрягает губы, и правда настроенная довести его до разрядки вот так, в кинозале и ртом.
Это лучшее, что с ним происходило, думает Айк. Лори - лучшее, что с ним происходило, и если бы ему предложили все повторить - и три года в джунглях, и семь лет в Форт-Мэйсоне, и те несколько лет, что были между демобилизацией и тюрьмой, смутные, оставшиеся в памяти каким-то смазанным вонючим пятном, - но пообещали бы, что в итоге на том затраханном шоссе он встретит Лори и Джону, он бы согласился, согласился бы не задумываясь, сразу же.
Он откидывает голову на подголовник. Потертый плюш щекотит шею над воротником рубашки, Айк закрывает глаза - не то чтобы он не знал сюжета "Годзиллы", не то чтобы он его сейчас интересовал. Весь растворяется в ощущении рта Лори на своем члене, на том, как она то сжимает крепче губами, то пускает в ход язык. Выдыхает, обжигая его дыханием, лижет еще мокрее. Айк чуть сползает по креслу, раздвигает ноги, стараясь не дергаться - не дергать бедрами вслед за ее губами, чтобы оказаться глубже.
Чувствует каждый дюйм, который она берет в рот, не замечает, что стискивает отведенные назад пряди, поглядывает вниз, приоткрывая глаза - охренительно. Охренительно даже смотреть.

У нее между ног уже мокро, тепло и мокро, он потирает насколько достает, раздвигает пальцы, раскрывая ее - они бы уже трахались, думает Айк. Будь они наедине - где угодно - они бы уже трахались.
Но сейчас перейти к основному блюду едва ли выйдет, хотя несколькими рядами выше явно времени не теряют - в редкие моменты затишья на экране можно расслышать короткие вздохи, едва-едва не переходящие в стоны, обрывистый шепот.
Наверное, так не должно быть - но его на короткий миг даже интересует, а как устроилась парочка выше. Они еще на третьей базе или уже перешли к тачдауну? И как назвать то, что у них с Лори? Мяч вне поля?
Мяч, черт его дери, вне поля.
Айк двигает пальцами, балдея от того, какая она мокрая и горячая, и от того, какой у нее мокрый и горячий рот, как она вся под него открывается, от того, что она делает это просто потому что ей захотелось - он же не просил, вообще нет.
Потому что ему нет нужды просить, доходит до Айка. Потому что она и так делает все, чего бы ему хотелось, как бы ему хотелось - как будто мысли его читает, как будто ей хватает одного взгляда, чтобы понять, чего ему хочется.
Впрочем, это несложно - ему хочется ее. С того вечера, когда он выскочил из номера, чтобы перехватить ее в ресторане мотеля - с того момента, как она болтала с ним в ожидании заказа, когда они впрвые посомтрели друг на друга. Не украдкой, как в машине, не пытаясь понять, что из себя другой представляет, а посмотрели с чем-то еще... Ну вот Айк думает, тогда все и случилось. Тогда он и крепко на нее запал - влюбился в нее по уши, как и сказал. В то, как она улыбается. В то, как держит людей на расстоянии. В то, как позволила ему быть рядом - и позволяет до сих пор, это и даже большее.
-  Детка, - выдавливает он, отпуская ее волосы, спуская руку к члену под ее губами, - детка, я уже почти, детка. Почти готов, тебе бы... Ну, Лори, сладкая, придется закончить рукой, если не хочешь, чтобы я кончил тебе в рот.
Он пытается быть вежливым - пытается быть вежливым рядом с ней, но не так-то просто подобрать деликатные выражения, пока она делает то, что делает. Не так просто вообще собраться с мыслями, господи правый, ему бы удержаться и не кончить, пока его член у нее во рту - и лучше бы все-таки удержаться.

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Лори его предупреждение ничуть не пугает - может, ему бы подумать об этом, потому что это наверняка о чем-то говорит, таким парням, типа Марка Лурье, это наверняка о чем-то говорит, но Айк другой, и ему идея притворяться, будто секс должен быть только в браке, под одеялом, да еще и с выключенным светом, совсем не нравится. И когда люди притворяются, будто не хотят секса, ему тоже не нравится - потому что, наверное, для него это какой-то недоступный, запредельный уроень, особенно рядом с Лори, которой достаточно его поцеловать и прижаться покрепче, как он уже больше ни о чем, кроме нее и того, как бы ее на спину уложить, думать не может.
Это, конечно, не вот его лучшее качество - что у него мозги рядом с ней отбивает и вся кровь ниже пояса уходит - но тут уж что есть, и ему крайне сложно поверить, что у других не так. Что кто-то встречается или женится на женщине, на которую не так реагирует - господи, да зачем тогда?
Секс не главное, повторяет он себе - ну да, не главное, пусть так, но куда без секса-то? Чтобы через пару лет ненавидеть друг друга как Бротигены? Таким, что ли, должен быть брак с точки зрения всех этих благопристойных граждан?
На его счастье, Лори, кажется, исповедует его философию - очень честно, открыто и без притворства исповедует, и хотя он вежливо дает ей возможность закончить все рукой или вообще переложить на его плечи, она этой возможностью пренебрегает.
Для Айка это очень много значит - то, что она легко говорит, что хочет узнать, какова на вкус его сперма.
Ему не так часто подворачивался оральный секс - по пальцам пересчитать можно - и все чаще в Сайгоне во время увольнительных и ожидания транспорта домой, и всегда это стоило дополнительных монет. Лори же хочет узнать его на вкус - просто, потому что ей этого хочется.
И пока он кончает, стисиквая ее задницу, она действительно не отстраняется - разве что останавливается, может, чтобы сориентироваться с этим новым, но продолжает плотно губами обхватывать член, осторожно касается языком ствола, и Айк даже чувствует ее прикосновение через горячий, сильный откат, через это чувство разрядки, перед которым у него дыхание перехватывает и все тело одновременно будто каменеет и в то же время становится гиперчувствительным.
Чувствует ее прикосновение, чувствует, как она осторожно выдыхает носом, как упирается ему в бедро ладонью.
И она не торопится отпустить его - дожидается, пока он отреляется полностью, а потом легко выпрямляется на свое место, вытирая губы совершенно неприличным и невероятно сексуальным жестом.
Господи боже, думает Айк, глядя на нее, пока она прихорашивается, поправляя волосы и платье, он женится на самой сексуальной женщине в мире.
Куда там всем этим журнальным красоткам вроде Ракел Уэлш - Лори намного, намного сексапильнее, и ей даже не нужно бикини, чтобы выглядеть так, что ему хочется смотреть на нее не отрываясь.
Айку лень двигаться, но он все же вытирает остатки краем рубашки, подтягивает джинсы, застегивает молнию - и, кажется, смущен. Нет, серьезно - не тем, что она сделала, тут у них зеленый свет на все, а тем, что говорит.
Что ей понравилось, и вот что он вкусный.
- Еще бы, детка, - фыркает Айк - нет, реально, ему и приятно, и даже немного не по себе, что она ему такое говорит. - Еще бы мне не понравилось. Это было... Просто охренительно, Лори, вот как. И то, что ты вообще это сделала... Короче, просто охренительно.
Заткнись, приятель, советует Айк сам себе. Это не ты тут главный герой - а она.
Он трет лицо, чтобы взбодриться - ловит ее запах на пальцах и это напоминает ему кое о чем.
О том, что ей от этого пирога ничего и не перепало.
Айк тянется к ней, обнимая за плечи, притискивая к себе. Последнее, что его сейчас интересует, это фильм, но они даже здесь, в Де-Мойне, смотрят его уже в третий раз, так что он знает его едва не наизусть - и судя по кадрам, дело к концу.
- Мне тоже нравится делать это с тобой, детка. Нравится, какая ты там - серьезно, очень. Ну и то, что тебе нравится, мне тоже нравится... Как считаешь, мы найдем где-нибудь местечко сегодня, чтобы я смог как следует тебя отблагодарить? Рози ложится рано? Если не будем медлить, то успеем уложить Джону, а я задержусь на чашку кофе до начала комендантского часа, а?

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Лори напоминает ему о приглашении Рози - Айку нравится это, то, что у них есть какие-то общие темы, и через три недели их станет еще больше. Все будет общим - не только вот такие минуты, когда им удается найти время и место, чтобы потрахаться, но и многое другое. Дом, вот что - у них будет общий дом, не в смысле, место для жилья, а другое.
- Рози привыкла жить одна, детка, помнишь, она сама так говорила? Ни детей, ни мужа - и она довольна своей жизнью. И, ей-богу, вы с Джоной отличные соседи, а я-то нет - ну Лори, ты же понимаешь, - Айк трется носом о ее висок, целует возле уха, выдыхает, сдувая прядь волос. - В мастерской Вилли работает один парень - его зовут Мик, так вот его сестра перебирается к своему парню и не прочь сдать кому-нибудь свою квартиру. Район, конечно, чуть похуже, чем тот, где Рози живет, и до школы на пятнадцать минут дольше, но зато там мы будем сами по себе, как тебе? Мы втроем, ни от кого не зависим, не пользуемся ничьим гостеприимством...
Как по Айку - лучше всего. Не милостью Рози, ничего такого - и, конечно, квартира - не дом в приличном районе, но и не комната над гаражом, куда нельзя привести жену и ребенка.
Небольшой шажок, но месяц назад он стоял у ворот Форт-Мэйсона и думал, сумеет ли устроиться в Глейшере.
Ему нравится обсуждать с Лори это - их будущую жизнь. Нравится не меньше, чем нравится трахаться - ну разве что совсем немного. Нравится, что у них есть эта определенность и можно не одергивать себя, напоминая мысленно, что все это не по-настоящему и не навсегда. Закончится завтра утром - на следующей неделе - после снятия карантина.
Не закончится - все по-настоящему, Лори согласилась выйти за него, и Айк до сих пор от этого в восторге. Поверить не может, хочет постоянно тормошить ее и переспрашивать, едва может от этого удержаться, чтобы она не решила, что он уж совсем больной.
- Ну и раз у нас прямо сейчас ребенка не будет, мы можем потратить пару долларов на обустройство... А через месяц вернуться к разговору об имени малыша, - фыркает Айк, поглаживая Лори по плечу. - Давай хотя бы посмотрим квартиру, детка? Я ничего не ответил Мику, хотел сперва с тобой поговорить, и Рози, конечно, славная, но разве не лучше нам втроем начать? Ты подумай, Лори. Просто подумай. А насчет Бротигенов - ну если хочешь.
Айк замолкает, смотрит на экран, думает про другое - а если с этим не справятся. Со всем этим - те, кто вроде как должен?
Правительство, полиция, военные - если они облажаются? Если карантинные меры окажутся неэффективными, как вышло с этим городом, откуда приехали сегодняшние автобусы, если город не выдержит - наплыва новых беженцев, угрозы внутри, нехватки пищи и жилья - тогда что?
Ему нравится это, обниматься с Лори в кино, чувствуя эту расслабленность во всем теле, и нравится, как она прислоняется к его плечу, как будто у них не вот месяц вместе за спиной, а и правда полжизни - и другие полжизни впереди.
И они могут почти обо всем этом говорить - кого пригласить на свадебный обед, кого нет, где жить, и что значит этот приезд новых людей.
- Я просто думал, я не нравлюсь Эйприл. И что она не пришла в восторг от того, что ты станешь миссис Росси. Но если хочешь - если хочешь, Лори, то конечно. Парням в мастерской я сам проставлюсь - если ты не против, мы устроим что-то типа дружеских посиделок, мне ребята уже намекали, все равно они все в гостиной Рози не поместятся... Бротигены нормальные ребята, да? - резко меняет тему Айк. - Шейн заходил на днях - говорит, хочет напроситься к местной полиции. Неймется без работы.
Шейн намекнул, что хочет знать больше о том, что происходит - ну, Айк считает, что это будет полезно.
- Если ты пригласишь Бротигенов на обед, я приглашу его в мастерскую. Если хочешь, чтобы мы с ними подружились - давай это сделаем. Там, у Рози...
Айк замолкает - интересно это, конечно, и, наверное, Бротиген тоже это чувствует, раз сменил гнев на милость. У Рози они сработали как команда - и еще там, на дороге, Бротиген тоже не тратил время на то, чтобы тупить, а сразу въехал в тему. Может, его жена и стерва, но с ним Айк бы поддерживал хорошие отношения.
Замолкает, прихватывает Лори за грудь, целует в шею.
- Не знаешь, что там случилось, в этом соседнем городе? Почему их перевезли сюда?

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
- А у нас все хорошо, детка? - спрашивает Айк. Ему очень хорошо - не только из-за того, что он кончил, но и вообще. Из-за того, что они сидят вот так в этом кинотеатре в обнимку, и кроме секса у них есть много-много другого. Ему хорошо, лучше не было, никогда - но хорошо ли Лори? Достаточно ли ей этого - того, что у них есть, того, что может быть.
Вряд ли у нее слишком завышенные ожидания, это Айк понимает, но все же такая женщина, как Лори, заслуживает лучшего. Всего самого хорошего - и раз уж она выбрала его, значит, ему придется как следует постараться.

Подробностей она не знает - никто еще не знает, разве что, может, те, кто привезли сюда этих людей, но автобусы пригнали к самой школе, военные торопливо вывели людей, измученных и едва ли верящих, что они в безопасности, завели на школьную территорию, оцепили снаружи и принялись ожидать медиков. Айк тоже не знает - может быть, знает Бротиген, раз он решил снова надеть форму, но Айк сомневается, что даже де-мойнские копы посвящены в подробности.
Однако после ответа Лори он понимает, что мог и не спрашивать - это и так понятно, то, что в том городе ситуация вышла из-под контроля. Или кто-то потерял контроль над ситуацию, выпустил ситуацию из рук - сейчас это не важно, совсем не важно.
Случилась пара вспышек инфекции, начались проблемы с едой, потом погромы - слишком много проблем, слишком мало тех, кто знает, как с ними справляться.
Месяц, думает Айк. Всего лишь месяц - и сколько городов уже пало?
Жаль, что они больше не могут слушать новости из-за оцепления - но Айк понимает, почему военные забрали у них передатчик. Паника опаснее, чем многое другое - паника заставляет людей вести себя как придурки, а в Де-Мойне и так хватает напряжения.
Еще месяц назад оно не ощущалось так остро - а сейчас да, и Айк, который в тюрьме научился считывать близость проблем по поведению людей, угадывать это напряжение загодя, считает, что в Де-Мойне тоже могут быть проблемы. Наверняка будут - и большой вопрос, удастся ли с ним справиться.
Хорошо, наверное, что Бротиген хочет иметь отношение к местным копам - ему, наверное, неизвестность тоже поперек горла.
Неизвестность и необходимость полагаться на кого-то другого.

- Я услышал, что ты не хочешь никуда больше уезжать - ты и хотела в Де-Мойн, детка, я помню, - говорит Айк ей в шею, - но может так статься, что все это - ну, то, что происходит - быстро не закончится. Мы здесь уже месяц, так? И пока новости совсем не радужные, стоит только поглядеть в меню или зайти в любой Севен-элевен. Слишком много людей, слишком мало еды...
Не напугай ее, напоминает себе Айк. Не напугай ее, приятель.
- Я говорю о том, что, может, так случится, нам будет лучше уехать отсюда. Туда, где меньше людей - а значит, меньше мертвецов. Не прямо сейчас, и не завтра - а может, и вообще не придется, но ты понимаешь, о чем я говорю, детка? Понимаешь, почему я так говорю?
Ему не нравится, что они говорят об этом сразу же после того, как обсуждали, где будут жить, как будут жить втроем. После того, как она согласилась посмотреть ту квартиру, которую собирается оставить сестра Мика. Но он хочет знать, что она об этом думает - что она в самом деле понимает, почему Де-Мойн может перестать быть безопасным местом для них.

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
- Только если придется, детка. Это вариант на крайний случай, - говорит Айк. - Но если придется - мы будем готовы.
Не так, как эти мужчины и женщины, который привезли в город военные в потасканных автобусах и расселили в пустой из-за лета школе.
Не так. Если им придется уезжать, Айк хочет, чтобы они сами выбирали - когда, хотя бы на сколько получится, и как. И с чем.
Вопреки его опасениям, Лори не пугается и не теряет головы - она вообще мыслит здраво, и сейчас тоже. Они разговаривали о том, где будут жить, но с тем же спокойствием она соглашается с возможным отъездом.
Значит, тоже об этом думала, понимает Айк. Она тоже об этом думала - о том, что им придется уезжать.
С одной стороны, это хорошо - это вовсе не его паранойя, с другой стороны - черт возьми, он бы хотел, чтобы это была всего лишь его разыгравшаяся паранойя. Чтобы самая большая проблема их с Лори ближайшего будущего включала бы в себя покупку мебели для квартиры и невозможности слишком уж давать себе волю, пока Джона спит через стенку, а не бегство от плотоядных тварей, в которых превращаются мертвецы.
- Будем готовы. Я почти закончил с фордом, так что насчет автомобиля можно не беспокоиться - тот парень вряд ли за ним явится.
Форд в хорошей форме, докатит до Глейшера с легкостью - Айк так и думал, пока работал над ним. Так что даже если не понадобится уезжать, все равно тачка кстати - тойота Лори-то так и осталась на стоянке того мотеля, и у нее не вот шина спущена.

Айк знает, куда ехать. Знает, на чем ехать.
Они делают припасы - по-настоящему, хотя и не говорят об этом напрямую, делают вид, что эти две, три банки томатного супа, фасоли со свининой, сосисок и кукурузы оказываются сначала в тележке, а потом в подвале дома Рози почти случайно, пока все прочие жители города бегают по супермаркетам в поисках свежих овощей и яиц.
У них нет лишь одного - оружия, потому что пистолет Рози у них отобрали еще там, на шоссе, да так и не вернули - какая-то юридическая формальность, ей нужно подтвердить право на ношение и право на хранение, а ввиду чрезвычайного положения работы всех необходимых в этом процессе служб временно приостановлены.
У них нет оружия - и на самом деле Айка это нервирует: он не то что за идею всеобщего вооружения, но несколько стволов в правильных руках могли бы серьезно помочь, случись что-то вроде того, что случилось в доме Комптонов. Они с Бротигеном могли бы решить проблему куда быстрее и проще - спасли бы несколько жизней, будь у них ствол. Хотя бы один чертов ствол.

В кинозале загорается свет - титры еще идут, но едва различимы на экране. Несколько зрителей возвращаются из путешествия по японской фантазии о древнем монстре, но даже не успевают встать с кресел, когда из небольшой дверки внизу зала, отделанной в тон стены, появляется хозяин кинотеатра.
На этот раз он без форменной ливреи - и почему-то сразу кажется Айку неприметнее и меньше.
- Прошу минуту внимания, - говорит он, торопливо выходя на середину узкой площадки перед экраном. Его тень намного выше и длиннее, так и пляшет на белом фоне.
- Подождите, пожалуйста! - Он поднимает руки и кивает головой. - Я вам всем благодарен за то, что вы пришли сегодня, друзья! Спасибо, что вы пришли, сегодня, и приходили прежде! Это много значило для меня, для меня и для этой старой развалюхи, но у меня есть для вас новость. Это последний сеанс в "Одеоне", друзья мои, вот так-то. Военные просят меня передать кинотеатр для более неотложных нужд, и я не стал отказывать - не те сейчас времена, а я и так едва сводил концы с концами... Но не будем о грустном! Спасибо вам, что пришли! Спасибо вам, что приходили! Спасибо - и да хранит вас Бог!
Он трет лицо, будто вытирая слезы, и торопливо убегает обратно в ту же дверь. Айк поднимается, подает руку Лори.
- Надо же, детка. А я успел привязаться к этому месту.
К месту, где они могли побыть вдвоем, подальше от любых взглядов, где на них никто не обращал внимания.
Айк подозревает, что в тех кинотеатрах, что поновее и находятся ближе к центру, дела идут получше - и зрителей там получше, а видит Бог, он сюда не кино смотреть Лори водит.
- Но это же ничего, да? Выберем другой кинотеатр. Куда там ходят женатые парочки? Мы все равно играем практически в их лиге, наверное, есть и определенные порядки. Определенные места, - шутит Айк. - Может, я даже куплю рубашку-поло. Как считаешь, детка, розовую или голубую?

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Айк беспокоится о том, что Лори может начать дергаться - из-за их разговора насчет возможного отъезда, из-за сегодняшних беженцев, из-за закрытия кинотеатра. Помнит, конечно, что она не беременна - но все равно беспокоится об этом, вот и шутит про женатиков, про рубашки-поло, чтобы отвлечь ее.
Лори, к счастью, его шутки заходят - это же хорошо, думает Айк. У них сходное чувство юмора, сходное представление о жизни и сходное представление о том, для чего люди ложатся вместе в койку. Они не очень долго друг друга знают, все так - и они взрослые люди, каждый со своим прошлым, но если Лори приняла его вот таким, только что из Форт-Мэйсон, с парой долларов в кармане и без особых перспектив, это, наверное, кое-что да значит?
Айк легко относится к тому, что она помалкивает о том, что чувствует - он и сам не слишком разговорчив, особенно насчет таких вещей, да ему и не нужно это, не нужны сладкие словечки. Лори дает ему понять это другим - ложась с ним, смеясь его шуткам, согласившись выйти за него. Да она даже ребенка ему родить не против - как по Айку, это значит куда больше, чем любые признания, любые слова.
На словах лгать легко - куда больше она говорит ему улыбкой, и тем, как прижимается к нему, когда они выходят из кинотеатра.
Вечер теплый - лето в разгаре, и у Лори теплые пальцы, которые она подсовывает ему в локоть - они и правда чточь в точь как женатая парочка, и Айку нравится идти с ней по улице Де-Мойна, зная, что она его хочет.
Ладно, нужно однажды сказать это, хотя бы себе - ему нравится, что она его хочет. Просто так, потому что ей с ним хорошо - и нравится делать с ним все эти вещи, и чтобы он с ней все это делал.
И, кажется, ей тоже это нравится, раз она об этом шутит - то, что он ее хочет, и ему не нужно притворяться, не нужно делать вид, что дело совсем в другом. В том, что ему нравятся ее пироги или разговаривать с ней.
- Зато меня чертовски волнуют твои пироги, детка, - Айк обнимает ее за талию, спускает ладонь ниже, урывком гладит по заднице, чуть сжимая пальцы, и сразу же возвращает руку обратно, на вполне приличествующее место на талии. Им вслед кто-то коротко свистит, но Айк делает вид, будто не слышит - это такой свист, одобрительный, к тому же, только свистом дело и ограничивается.
- Но если не хочешь галстуки - никаких галстуков. Никаких рубашек. Не хочу, чтобы ты притворялась. Не будешь притворяться?
Про жемчуг он выцепляет сразу же, конечно - начинает прикидывать. Не так чтобы у них много свободных денег - и еще же нужно купить кольца, потому что  он собирается жениться на Лори по всем правилам: с печатью муниципалитета, с кольцами и свадебным обедом. С поздравлениями от друзей, со всем, что положено - и если бы она захотела, то у них был бы и рис, и преподобный из местной церкви, и белая фата новобрачной, и даже маленькая девочка в пышном платье диснеевской принцессы, несущая перед Лори корзинку с розами.
Если бы она захотела.
Но даже если бы она захотела - всего этого, всей этой мишуры, которой хвастаются следующие три года перед подругами и любовно разглядывают на фотографиях - она бы не сказала. Это Айк хорошо понимает - потому что это Лори, разумная, рассудительная, привычная к жертвам Лори.
Лори, чьи пожитки умещались в багажнике старой тойоты, чей сын умеет ремонтировать старое радио - чей мужчина не может отвести ее в ювелирный отдел нового торгового центра и купить ей жемчуг.
- На годовщину, детка, - говорит Айк, прижимая Лори покрепче к себе и сворачивая к улице, ведущей к дому Рози, - на годовщину или когда ты подаришь Джоне братика или сестричку - в зависимости от того, что выйдет раньше, потому что, Лори, мы не должны переставать пробовать, пусть даже первая попытка вышла холостой... Ну, разве что не прямо сейчас, а поглядим, чем дело с карантином кончится, но я к тому, Лори, что через год у тебя будет жемчуг. И ты будешь надевать его на все эти вечера с мамашами-драконицами и на каждое барбекю, но самое главное - ты будешь надевать его, чтобы отправиться в нашу постель.
Последнее Айк договаривает ей в волосы, ухмыляется, потирается подбородком.
- А уж моей миссией будет не допустить, чтобы год спустя тебя волновали только пироги. Договорились?

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Айк только смущенно фыркает, когда она его дразнит, смеется над тем, что у него довольный вид  - да уж наверняка довольный, что скрывать, и ей виднее, почему у него такой довольный вид, она приложила к этому руку, прямая виновница, вина доказана и сомнению не подлежит, но вот в чем штука, он и чувствует себя так. Очень довольным - может, это то самое, что называется "на седьмом небе".
От того, что Лори рядом, от того, что она не против того, как у них все идет, не против того, к чему все идет, и Айк не знает, чего еще ему желать. Что в женщине еще должно быть, чтобы Лори перестала казаться ему идеальной - Лори с ее ласковыми руками, настойчивыми губами, чувством юмора, умением не паниковать, рассудительностью и тем, как она ему отвечает. В жемчуге или нет, как угодно - Лори его идеальная женщина, ему потребовалось не два дня, чтобы это понять, не неделя даже, Айк не вот самый сообразительный парень в центральных штатах, но когда он это понял, с тех пор он только об этом и думает: как бы не уронить это, такое хрупкое и такое важное, что ему кто-то будто в руки дал. Как бы ее не потерять - не разочаровать, не оказаться для нее не тем. Для нее и для Джоны оказаться не тем.
- А мне нравится, что тебе нравится, - честно признается он - ну, кое-что, что они делают, оно, конечно, не из самого приличного, но когда это у них с Лори, Айку не кажется, что они где-то лишку хватают. Не кажется, что они делают что-то запретное или там стыдное - наверное, потому что то, что они делают, им в радость, им обоим, и им хочется этого, еще больше всего, любить друг друга по разному, быть вместе, еще ближе, друг в друге быть. - Хочу, чтобы тебе нравилось. Чтобы тебе все нравилось.
Раз уж они собираются пожениться - вот о чем он думает. Чтобы она это делала не только чтобы он вроде как не раздумал на ней жениться - хотя Айк мало на этот счет загоняется: видит бог, он не самая большая рыба по меркам любого пруда, не самый завидный жених, и не вот с ним у Лори дела сразу намного лучше пойдут, скорее наоборот - от Рози придется съехать, где она хорошо прижилась и где Джоне нравится, мороки с новой квартирой прибавится, а если она все же забеременеет, то еще и с этим свои проблемы. Она вроде как хочет ему родить ребенка - это они, может, не как следует обсудили, конечно, все второпях, но была рада, когда он насчет аборта не стал давить, так что Айк на это и ориентируется - но все равно: все заботы ей на плечи, а он только рядом стоять сможет, никакой больше поддержки, ни родителей, ни подруг. Неудивительно, что ей и Рози обижать не хочется, и с этой стервозной крошкой Бротиген подружиться - тут Айку возражать нечего, да и не хочется. Ему вообще Лори возражать не хочется - хочется, чтобы она всем довольна была, что все по ее. Чтобы им довольна была.

Джона еще не в кровати - ну что же, значит, с тем, чтобы заманить Лори на темную кухню с ответной любезностью, придется распрощаться, если ему не нужны проблемы с патрулями, следящими за соблюдением комендантского часа, с легким сожалением думает Айк, когда пацан повисает на матери, а потом принимается рассказывать им обоим о барсуке.
Из окон освещенной кухни льется электрический свет, в котором подувядший от жары газон кажется довольно свежим.
Джона смотрит на него снизу вверх, очень серьезно смотрит, испытующе, спрашивая, можно ли звать Айка папой - это вопрос серьезный, слишком серьезный для двенадцатилетнего мальца, и Айк думал, что это ему придется заводит об этом речь, но нет, Джона, кажется, к предстоящей свадьбе матери относится едва ли не серьезнее самого жениха.
Айк смотрит с вопросом на Лори, но та молчит, предлагая ему самому решить - только в лице у нее появляется что-то такое, чего бы Айк больше не хотел там видеть. Как будто она не верит, что ли. Не верит, что он с Джоной поладить сможет, или что чуть ли не прямо сейчас не развернется и не уйдет. Или, может, не верит, что завтра проснется и по прежнему будет хотеть с ним связаться - и последнее, понятно, Айка больше всего тревожит. По настоящему тревожит.
Он подтягивает джинсы, опускается на корточки, чтобы они с Джоной смотрели друг на друга, проводит раскрытой ладонью по волосам, подбирая слова.
- Смотри, старик, тут какое дело, я не твой отец, ты же знаешь. И твой папа - ну, ты его видел, он почти на соседней улице живет.
Марк Лурье - Айк теперь, наверное, это имя никогда не забудет. Никогда не забудет, как этот самый Марк Лурье обещал Лори, что отберет у нее сына - двенадцать лет ему было наплевать, наплевать, как она там с их общим ребенком, не отдала ли его на усыновление, как ей предлагали, а теперь, значит, вдруг вспомнил, что у него есть сын, вдруг начал волноваться, вдруг решил, что Джона должен с ним жить, а не с матерью, которая оказалась вдруг плохой матерью... Проходи Марк сейчас мимо - Айк бы ему снова нос разбил, и не пожалел бы об этом, вот как он бесится, стоит вспомнить, как этот урод Лурье назвал Лори, как орал, что заберет - отберет! - у нее ребенка.
- И выбирать тебе, - продолжает Айк, не давая злости на Марка хода, сдерживая ее, поглубже загоняя. - Выбирать, кого и как называть тебе, ты, старик, достаточно для этого взрослый и достаточно соображаешь, я думаю, но вот что до меня - я буду рад. Буду чертовски рад, если ты меня так звать будешь, если мама не против. Буду рад, если вы - вы оба - меня в семью примете.
Джона задумчиво кивает, держа Лори за руку, потом смотрит на нее:
- Мы же примем Айка в семью? Раз он совсем один, и хочет - примем?
- Очень хочу, - подтверждает Айк.
Они с Лори не говорили об этом - о том, что кроме жены он вроде как и ребенка получает, уже готового ребенка, вроде как в магазине по акции "два по цене одного", то есть, он сказал, что их обоих хочет, и Лори, и ее Джону, но они никогда не говорили насчет документов и всего прочего - Джона несовершеннолетний, и, наверное, Айк ему и на бумагах отцом может стать, не только на словах.
Сам Айк в бумаги не верит - как будто если у них будут какие-то документы, он Лори больше любить будет, или к Джоне лучше относиться - но документы есть документы, и если у Джоны по документам будет полная семья, и мать, и отец, то хрен там что Марку Лурье обломится, пусть он хоть трижды член городского совета или кандидат в совет.
Но это все равно сначала лучше с Лори обсудить - так что Айк своей идеей с Джоной пока не делится: есть и другие новости.
- И знаешь что, старик, я тут нашел нам квартиру, и попросил твою маму посмотреть ее, и тебя тоже прошу - давай на неделе доберемся туда, осмотримся?
- А как же Рози? - ухватывает самую суть Джона. - Разве мы не станем жить здесь?
Рози выходит на крыльцо - шумно, опираясь на костыль, мрачно смотрит на Айка.
- Вот как, значит, - не костыль - и руки бы на груди сложила. - Значит, мистер Росии, хотите обокрасть старушку Рози? Украсть у нее этих прекрасных людей?
Она, конечно, шутит, шутит, слышно, что шутит, и она тут же улыбается, но Айк все равно видит, что ей не хочется оставаться одной - и думает, что не те сейчас времена, чтобы оставаться одной. Пусть даже она уже может самостоятельно передвигаться, нога заживает без осложнений, но жить с кем-то совсем не то же самое, что жить самой по себе, и тут Айк ее понимает.
- Это Лори решать, - говорит. - Лори и Джоне. Здравствуйте, Рози, как вы сегодня?
- Намного лучше, - Рози оглядывается на освещенный дом. - Может быть, зайдете? Выпьете кофе? Или холодного чаю? Что нового в городе? Видели эти грузовики? У меня с утра день телефонных переговоров - завтра срочное заседание городского совета по благоустройству, города, наверное, придется туда отправиться, посмотреть своими глазами, что происходит... Миссис Бротиген не сможет присмотреть за Джоной, пока ты на работе, Лори? Мне очень жаль, что придется ее просить - честное слово, раньше у нас редко бывали собрания чаще раза в месяц, но сейчас по два раза в неделю...
Она очень вежлива - вежлива и добра, была добра к Лори и Джоне, и к Айку тоже, так что ему немного совестно, как будто он и правда крадет к нее семью, бросает ее или вроде того. Как будто виноват перед ней.
Айк навостряет уши: значит, не только ему кажется, что все меняется в городе.
- А что обсуждаете? - спрашивает он.
Рози вздыхает, поглядывает на Джону - не хочет говорить при нем, наверное.
- Не бойтесь, - говорит Джона - он догадливый, фантастически догадливый, и очень быстро соображает.  - Если не хотите разговаривать при мне, то так и скажите, Рози, и я пойду в дом, но я не испугаюсь. Я знаю, что такое карантин, и знаю, для чего он. Знаю, что город закрыт и что сюда приезжают другие люди. Мы как будто в осажденной врагами крепости. Наверное, городскому совету нужно собираться, чтобы решать, где взять лекарство от этой болезни и как защищаться.