Librarium |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Librarium » Падает, падает, падает город » Un Asunto de Familia
- Магнитик на холодильник меня бы вполне устроил, Фрэнки.
[nick]Эвер Кастильоне[/nick][status]док на полставки[/status][icon]https://a.radikal.ru/a38/1907/bf/262bc933275f.jpg[/icon]
[nick]Эвер Кастильоне[/nick][status]док на полставки[/status][icon]https://a.radikal.ru/a38/1907/bf/262bc933275f.jpg[/icon]
Буч носится вокруг дома как сумасшедший, подумать только, а еще два года назад у него отказывали задние лапы и его принесли на усыпление. Она заглянула в ветеринарную клинику чтобы выбрать детям морскую свинку, а вернулась домой с собакой. Весь вечер сквозь смех пыталась убедить Фрэнки что это такая крупная морская свинка – но он ей так и не поверил. Собаку выходили и ретривер считает их своей семьей.
- Фрэнки-младший слезь с дерева!
- Ну мам!
Буч заходится счастливым лаем.
- Слезь, пожалуйста. Ты сломаешь ветку и упадешь, и мне это не понравится, или ты упадешь и сломаешь себе что-нибудь, и это не понравится папе.
В окне появляется мордашка Лиззи.
- А папа скоро приедет?
- Скоро, милая. Ты как раз успеешь умыться.
Эвер ставит в духовку яблочный пирог.
Скоро – и это чудесно. Дети, конечно, радость, и не так уж много хлопот доставляет – Эверли умеет с ними договариваться, но все же, когда Фрэнки дома, и дети и Буч ведут себя потише. Не говоря уже о том, что ей больше нравится засыпать, прижавшись к мужу в их спальне, чем обнимать подушку.
У них все хорошо – даже Дина Мадани, считавшая, что Эвер сошла сума, согласившись уехать с Каслом, вынуждена признать, что у них все хорошо, и миссис Кастильоне знает ее маленькую слабость – маленькая слабость Дины сейчас старательно отмывается в ванной комнате.
Эверли мысленно благодарит бога за Фрэнка и за детей. Их детей. Это справедливо, что после стольких лет у него снова есть дети.
Пирог как раз подходит и Эвер слышит, как Буч опять лает – на этот раз чуть не задыхается от счастья на подъезжающий автомобиль.
- Папа!
- Папочка приехал!
Улыбаясь, снимая фартук, Эвер выходит на крыльцо – поскорее обнять Фрэнка, если ей дадут его обнять.
Он выходит из внедорожника, ловит детей, сразу обоих – но смотрит на нее. А Эвер смотрит на девушку, почти девчонку, сидящую на пассажирском сидении – у нее испуганные, несчастные глаза, темные волосы и явно мексиканская кровь.
Дети смотрят на нее с любопытством – она ниже наклоняется, прячет лицо за волосами.
Эвер обнимает Фрэнка.
- С возвращением, милый. У нас гостья? Представишь нас друг другу?
Если Фрэнки привез к ним эту девочку, значит, девочка попала в беду. Кое-что Эвер знает об отце своих детей. Кое-что важное. Он никогда не бросит того, кто попал в беду. Она любит его – и за это тоже.
[nick]Эвер Кастильоне[/nick][status]док на полставки[/status][icon]https://a.radikal.ru/a38/1907/bf/262bc933275f.jpg[/icon]
[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]руки-то помнят[/status][icon]http://s8.uploads.ru/ie7gb.jpg[/icon]
Фрэнк спускает с рук Фрэнка-младшего и Лиззи - сын упирается, вцепляется ему в ремень, так они и доходят до Эвэр, терпеливо ждущей у крыльца. На ней короткий фартук поверх джинсовых шорт и безрукавки, наверное, он сдернул ее из кухни.
Они обнимаются, Фрэнк хихикает, зажатый между ними, Буч надрывается лаем - он вообще очень громкий, и дрессуре не поддается, зато детей обожает.
- Да. У нее неприятности и она... Наверное, трудный подросток, - Фрэнк отпускает Эвэр, напоследок вдыхая запах ее волос, смешанный с корицей и свежим тестом - как обычно, в первые минуты после возвращения он не чувствует себя дома. не может поверить, что это его дом, что это его женщина, его дети.
Что это все с ним - за что, за какие заслуги ему подарили второй шанс жить?
И тут же накатывает липкий не страх даже, но предвестник страха: лищь бы не потерять это. Лишь бы не загубить.
- Папочка, - застенчиво спрашивает Лиз, дергая его за рукав и, кажется. прячась за ним от незнакомки в машине, если бы Тереса подняла голову, - а кто это?
Фрэнк поднимает дочь на руки, машет девчонке.
- Это Тереса. Она поживет с нами какое-то время. Она хорошая, но к ней нельзя приставать, поняли меня? - Фрэнки-младший, запрокинув голову, ловит каждое его слово, потом серьезно кивает - с тех пор, как Фрэнк рассказал ему, что он уже взрослый и должен поступать как взрослый, тот очень старается, и намного меньше озорничает, по крайней мере, на глазах отца. - Тереса! Тереса, иди сюда.
Все еще с Лиз на руках, он подходит к тачке, стучит в пассажирское стекло.
- Давай, ты все равно не сможешь просидеть здесь вечно. Однажды тебе придется войти в дом, или мне тащить тебя?
- Пап, ты потащишь ее? - тут же вклинивается вездесущий Фрэнки.
Касл морщится - вот черт.
- Нет. Конечно, нет, сынок, - и он осуждающе смотрит на Тересу через стекло - мол, посмотри, мне приходится ради тебя врать сыну. - Давай, выходи. Это моя жена Эвэр, она готовит лучшие яблочные пироги в Иллинойсе, а это Фрэнк-младший и Лиза. Они любят гостей.
Буч встает на задние лапы, заглядывает в тачку, оставляя на дверце отпечатки лап.
Все это - эти уговоры - напоминает Фрэнку, как они в первый день уговаривали Буча вылезти из дальнего угла кладовки, где он схоронился за сушилкой для одежды. Справилась, конечно, Эвэр - Эвэр, в конце концов, была мастером в том, что касалось выманивания.
- Милая, не хочешь попробовать? - предлагает Фрэнк.
Часа два Тереса молчит. Они едут – домой, домой к Кастильоне, святые яйца, и Теерса пытается это, ну, осознать, что ли. Она же ему никто! Одна сплошная проблема. А он везет ее к себе домой – ну вот это как понять? Кто ж так делает? Потом, в придорожном кафе, она рассказывает Фрэнку правду – то что знает. Про отца, про его последний звонок, про падре, который ей сказал быть в «Сорока минутах». Девой Марией клянется, что не знает что на флешке. Верит ей Фрэнк или нет – непонятно, у него рожа, то есть лицо, такое, что ничего не поймешь, кроме того, что лучше тебе с ним не связываться. Он классный – Фрэнк. Правда. Тем более жаль, что ему от жены влетит за все это. И за то что жопой пулю словил, и за то, что в неприятности влип, а особенно – Тереса в этом уверена – за то, что ее домой притащил. Вот скандал будет… А если его жена ее прогонит – куда ей идти?
К тому времени, как они въезжают в штат Иллинойс она чувствует себя совсем несчастной. Несчастной, уставшей, грязной… и чужой. Это она понимает, как только внедорожник проезжает ряд чистеньких домов и останавливается у такого же, чистенького, выкрашенного светло-серой краской, с белым забором, с маленьким круглым окном под крышей. Она тут чужая.
- Слушайте, может я лучше…
Договорить она не успевает – и что бы она сказала? Лучше я пойду отсюда куда глаза глядят? Лучше я в машине посижу, пока все не образуется? Лучше – это не для нее. И не про нее.
Первыми из дома выбегают дети, пацан и девчонка. Хотя нет, первым появился пес и лает так, что уши закладывает. Потом дети. Пацан похож на Рэмбо, такой же темноволосый, а девчонка светленькая, оба виснут на нем, и у Тересы ком в горле стоит – не хочет она на это смотреть, и не будет. Ей-то уже некого так обнять. Нет у нее семьи.
А потом на крыльце появляется женщина.
Обнимает Кастильоне и Тереса сначала хочет возмущенно крикнуть – эй, фифа, отойди от чужого мужа, а потом понимает, что это ее муж и есть.
Матерь божья…
Если бы появилась рыжая сисястая стерва, Тереса хотя бы знала бы чего ждать, а тут – хрен пойми. Светлые волосы (девчонка в мать, значит, песель, походу, тоже в хозяйку), спокойная улыбка, длинные ноги в шортах. Но ноги ладно, ноги, сиськи – на ценителя, главное, как она Рэмбо обнимает. Как будто всю жизнь его ждала.
Ну все. Сейчас ее попрут отсюда.
Фрэнк предлагает ей выйти – Тереса только качает головой, пес, собака такая, крутится, не отходит, в глаза через стекло заглядывает – глаза дурные, счастливые.
Ладно. Она же Тереса Мендоса. Она никого не боится.
Внутренне сжавшись, Тересита открывает дверь, выходит. Неловко машет рукой – типа, всем здрасьте.
- Привет, - говорит она, получается хрипло.
Точно – попрут.
А потом случается то, чего она совсем не ожидает. Светловолосая жена Рэмбо спускается с крыльца, идет к ней – Тереса смотрит с испугом – а потом обнимает.
- Добро пожаловать, милая. Я Эвер. Мы тебе рады. Пойдем есть пирог?
Тереса смотрит поверх плеча Эвер на Фрэнка. Он в курсе вообще, что жена у него ненормальная?
Судя по всему, в курсе.
Судя по всему, у них вся семья такая.
[nick]Тереса Мендоса[/nick][status]сиротка в бегах[/status][icon]http://d.radikal.ru/d01/1909/b0/3f6f2d9230ce.jpg[/icon]
Неприятности, ну да. Фрэнки верен себе, и Эвер целует его в щеку, прежде чем спуститься с крыльца. Они никогда об этом не говорили, но Фрэнк, наверное, удивился бы, если бы узнал, что Эверли вовсе не ждет от него перемен. Вернее, понимает, что перемены – дело долгое. Он восемь лет был Егерем, мстителем и убийцей. А до это госемь лет воевал. ВЗУ – так он говорил. Выследи, загони, убей. И только шесть лет он Фрэнк Кастильоне, добропорядочный граждан, подрядчик, двое детей, блондинка-жена, собака и белый штакетник.
Эвер не обманывается. Любить надо целиком, полностью, принимая все, и плохое и хорошее, или не любить вообще. Она любит Фрэнка, и родила ему двоих детей, и третьего родит – если он попросит. И если он привез к ним в дом трудного подростка – в их доме найдется место и для трудного подростка.
У трудного подростка огромные, перепуганные глаза, и такой вид, будто она сейчас сорвется и убежит.
Эвер ее крепко обнимает, говорит, что они ей рады, уводит в дом, показывает, где можно умыться.
Лиззи и Фрэнк-младший заинтригованы и охотно помогают матери поставить на стол еще один прибор.
- Фрэнк, когда я говорила, что хочу еще одну дочь, я надеялась, что мы ее сами сделаем. Но твой подход тоже заслуживает внимания.
В синих глазах смешинки. Все, конечно, серьезно, и они обо всем серьезно поговорят, но как же она рада, что Фрэнки вернулся. Что он снова дома. С ними.
Тереса появляется из ванной комнаты слегка мокрая и подозрительно чистая, как будто опасается, что за малейшее пятно ее выгонят.
- Садись, - зовет ее Лиззи, гордая тем, что она сидит на большом стуле за столом, правда, с подушкой под попой, но зато как взрослая. – Со мной садись![nick]Эвер Кастильоне[/nick][status]док на полставки[/status][icon]https://a.radikal.ru/a38/1907/bf/262bc933275f.jpg[/icon]
- Милая, пусть Тереса сядет где ей удобнее. Фрэнк-младший, я все вижу, перестань кормить Буча хлебными палочками. У него живот заболит.
- И ничего ты не видишь, - подает голос младший, миниатюрная копия старшего, только без переломанного носа (Эвер надеется, что этой судьбы он избежит). – Ты спиной стоишь.
- Зато Буч громко чавкает, - парирует Эвер, ставит на стол пюре – гороховое и картофельное, мясо, подливу, пирог ждет отдельно – как награда терпеливым.
- Что нужно сказать, дети?
- С возвращением, попочка, - радостно кричит младшее поколение Кастильоне.
- С возвращением, любимый. Тереса – добро пожаловать в нашу семью.
Чуть позже она поднимается на второй этаж, приводит в порядок гостевую спальню, показывает ее Тересе. Та кажется подавленной и сонной, лучше оставить ее – пусть приходит в себя.
- Если проголодаешься ночью, не бойся, спускайся вниз, в холодильнике всегда что-нибудь есть, хорошо?
Тереса вяло кивает.
Дети висят на Фрэнке.
- А спать вам не пора? – с деланной строгостью спрашивает Эверли.
- Ну мам!
- Ну папочка!
- Бегом наверх, умыться и по кроватям, мы с папой зайдем вас поцеловать. Только не шумите сильно, Тереса устала, ей надо выспаться.
Дети и правда топочут меньше обыкновенного.
- Они соскучились, Фрэнк, и я тоже, - тихо говорит она. – Хочешь мне что-нибудь рассказать, пока дети умываются?
[nick]Фрэнк Кастильоне[/nick][status]руки-то помнят[/status][icon]http://s8.uploads.ru/ie7gb.jpg[/icon]
Эвэр берет все в свои руки - с ее опытом, полученным в работе с птср, ей, наверное, эта девчонка как нечего делать - и вот Тереса уже не запирается в машине, не прячется от любопытных взглядов детей, ужинает за столом, а после устроена в гостевой спальне, которую обычно занимает Мадани, когда приезжает на рождество и, намного реже, летом.
Касл вытаскивает из холодильника бутылку пива, разворачивается - он старается не хромать перед Эвэр, но, наверное, в какой-то момент придется признаться, что он схлопотал пулю и не уверен, что как следует обработал рану. Эвэр, конечно, ни слова не скажет - но он знает, о чем она подумает о чем она каждый раз думает, когда он уезжает, привыкшая думать так за те несколько дней из начала их истории.
Что он может не вернуться, вот о чем она думает - и теперь, выходит, так и есть, он мог не вернуться, ввязавшись в то, что его совсем не касалось, и ранение тому зримое подтверждение.
Они вроде как заключили пакт - вроде как он пообещал ей тогда, еще в Нью-Йорке, в оруженом магазине Терка, что это в последний раз. Что он закончит с Билли - и закончит со всем. Не пообещал, конечно, но вроде как это имелось в виду - и потом, уже после больницы, когда высаживал ее на стоянке такси, уже зная, что она беременна, он сказал, что постарается вернуться, но этого было мало.
Мало было стараться, Фрэнк знал это - и поэтому был Иллинойс, была эта строительная фирма, включающая кроме него еще шестерых человек, был этот дом, собака, надувной бассейн для детей и садовая мебель.
И вот теперь он подставился - и Эвэр имеет право знать, почему.
- Я встретил ее в баре по пути домой - сразу подумал, что она мала для баров, и выглядит она не как девчонки, которые ищут неприятностей. Ну и просто... Короче, Эвэр у меня сработал сигнал. Она озиралась, нервничала и боялась, а страх этот прятала под хамством. Я знал тех, кто вел себя также - там, в Нью-Йорке, всегда находились люди, которые соглашались мне слить кое-какую информацию в обмен на разное, - под разным обычно понималась их собственная жизнь или целостность костей, но Фрэнк в такие дебри не зарывается. - И я за ней наблюдал - просто от скуки, милая, серьезно. Пил свое пиво и наблюдал. А потом за ней пришли.
Он загружает посудомойку, потягивая пиво - ну прямо идеальный вечер после трудового дня, только рассказ не подходит: это не то, что обычно рассказывают свои женам мужья в этой части города.
- У нее есть кое-что на людей или на человека, который не хочет, чтобы это кое-что стало известно еще кому-то. Ее отец был связан с мексиканским наркокартелем, и его убили - но перед смертью он кое-что сказал ей сделать именно на такой случай. Это она и сделала - и, видать, ее отец промахнулся. Словом, из бара я ее вытащил, мы смотались подальше, она все болтала, что в Далласе у нее живет тетка - теперь тетка тоже мертва и она вроде как сирота. За ней охотятся по всему Техасу, а она хоть и косит под крутую, совсем ребенок. Хочу узнать, что там у нее за информация, и, может, набрать Мадани...
Договаривает он уже неуверенно - Мадани поперли с работы после всего, хоть и заслуженно, но у нее наверняка остались кое-какие связи, к тому же, Касл считает, что кое что ей должен, и если Дине как-то поможет раскрытие еще одного федерального преступления - то даже лучше: Мадани была помешана на своей работе не меньше, чем он на своем занятии, и потеря должности круто ударила по ней, прибавляя проблем с головой.
- Сюда за ней не придут - я следил за тем. чтобы на меня нельзя было выйти, - продолжает Фрэнк как о само собой разумеющемся - это и правда так - но вот детали умалчивает. Убийство людей совсем не то, чему есть место в этом доме.
- Прости, что не предупредил. Думал, оставлю ее в Далласе.
Много лет назад Эвер потратила достаточно сил и времени, чтобы доказать Дине Мадани что Егерь не кровожадный монстр, убийца без совести. Что у него есть сердце, что он способен пожертвовать собой, чтобы защитить того, кто слаб, кто нуждается в защите. Она знала, что говорила, а вот Дине понадобилось время, чтобы принять это, время и усилия, чтобы побороть инстинктивную враждебность. Слишком уж они похожи, Фрэнки и Дина… Мадани говорила Эвер Дюмон, что она пытается сделать из чудовища героя, а вот Эверли была уверена, что это из героя пытаются сделать чудовище... И случись им снова завести этот разговор - сказала бы тоже самое.
Но сейчас вечер, ее муж сидит рядом, пьет свое пиво, посуда убрана, от лампы падает теплый желтый свет на скатерть, на бокал с вином, который стоит рядом с Эвер, дробится в нем янтарными бликами.[nick]Эвер Кастильоне[/nick][status]док на полставки[/status][icon]https://a.radikal.ru/a38/1907/bf/262bc933275f.jpg[/icon]
Если это не счастье - то что тогда счастье?
- Хорошо, что ты привез девочку к нам, милый.
Эвер наклоняется, гладит мужа по руке – как еще дать ему понять, что она не обижается, тем более, не сердится – это же Фрэнк. Она его знает и знает, что он просто не смог бы иначе.
- Фрэнк, ты бы извелся, оставив Тересу в Далласе. Судя по тому, что ты рассказал, за ней нужно присматривать. Значит, мы за ней присмотрим.
Это будет справедливо – думает Эвер. Она присмотрит за Тересой – за ней самой когда-то присматривал Фрэнки, присматривал и защищал ее от Билли Руссо, хотя на тот момент они были чужими друг-другу.
Это будет справедливо, а еще, возможно, опасно, но Эверли жила с Егерем и родила ему детей, да, они надежно спрятались, стали мистером и миссис Кастильоне и ни одна ниточка не вела к ним из прошлого. И пусть случиться могло разное, но вот что Эвер точно знала – Фрэнк ради детей и ради нее даст себя на куски порезать, и в доме есть оружие, а под гаражом укрытие, и он готов к войне.
Егерь не ушел далеко – ей ли это не знать. Он всегда где-то рядом. Иногда она видит его в глазах своего мужчины. Ей страшно его потерять. Ей страшно подумать, что что-то может случиться с ним или с детьми. Но она его женщина и мать его детей, а значит, делит его судьбу. Делит с ним все.
- Думаю, нам надо посмотреть, что на флешке, а потом позвонить Дине. Девочке понадобятся новые документы. Скажем всем, что она твоя племянница? Знаешь, Фрэнки, она на тебя чем-то похожа, особенно когда чувствует себя не в своей тарелке. Она точно не твоя дочь, милый? В жизни разное случается, - Эвер шутит, конечно, но если всем именно так и объяснять присутствие Тересы в их доме, то лишних вопросов не возникнет.
Через перила второго этажа перегибается Фрэнки-младший в пижаме с голубыми кроликами.
- Пап, мы уже легли!
- Иди, - вздыхает Эвер. – Твоя очередь читать им сказку на ночь. Только постарайся не уснуть, тебе еще мне читать сказку на ночь. Я очень соскучилась, милый.
Вы здесь » Librarium » Падает, падает, падает город » Un Asunto de Familia