[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Ну, значит, не напрягает - вот и славненько. Айк провожает взглядом ее, когда она уходит на кухню, подтягивает повыше подушку, чтобы сесть поудобнее в своем гнезде из теплых одеял, и зевает. По дому плывет запах свежего бульона, Радар то и дело навостряет уши под шум с кухни: гремит кастрюльная крышка, тарелка, звенят ложки...
Айк зевает снова, трет лицо. Все эти умиротворяющие звуки вкупе с ее ненавязчивым, но ощутимым гостеприимством заставляют его снова и снова возвращаться мыслями к своему плану. Он спорит сам с собой, как спорил весь прошлый вечер, то уговаривая себя, что она справится и без тачки, то снова прикидывая, далеко ли он уйдет на своих двоих, если не будет лишний раз приближаться к городам.
Радар, будто понимая, что его что-то гложет, вываливает язык, принимая дурашливый вид, и Айк наконец-то обращает на нее внимание, похлопывает по краю кровати и, когда она подходит, треплет по косматой шее.
- А куда деваться, да, девочка? - спрашивает у нее впололоса.
Радар не отвечает, Радар приветствует вернувшуюс с бульоном Айлу.
Айку, как он и сказал, есть не особо хочется, но он не капризничает: и так понятно, что пожрать как следует сейчс за счастье, и кто знает, когда ему в следующий раз придется не выгребать из консервы подогретое на костре месиво, а есть свежее, да еще и приготовленное по всей науке, так что он не кобенится.
Подталкивает в сторону Радар, которая изрядно интересуется бульоном, садится, чтобы дать место и Айле, забирает у нее из рук глубокую миску, исходящую мясным духом.

Поверхность бульона подернута аппетитной пленкой прозрачного жирка с яркими островками зелени над едва заметно краснеющими кусочками моркови между горошинами черного перца на дне. Айк принюхивается, с удовольствием втягивает густой аромат свежего бульона, искоса кидает на Айлу короткий взгляд - ага, значит, она не против его присутствия, планы изменились. Пришелся он ей по душе своей болтовней или еще чем, но гнать она его не гонит, а предложение сходить вместе на охоту, как он отлежится, намекает, что его личность ей не так чтобы мешает.
Она его плохо знает - но Айк не позволяет этой мысли укоренится, осесть неприятным осадочком: рубаха-парень Айк Росси безобиден и всегда весел, и это его любимая роль, которая ему дается леге прочих, и сейчас она то, что надо. Самое то, чтобы усыпить бдительность, втереться в доверие, продемонстрировать, что лучше него компаньона для приближающейся зимовки не найдешь.

- В жизни не был на охоте, сестренка, - жизнерадостно отзывается Айк, опуская миску. Он обошелся без ложки, отпивает прямо через край, и, ей-богу, его прямо пот прошибает. - Ну и ну, аж горит внутри - любишь поострее?
Он и сам любит добавить перца, да побольше, не из тех, кто может получить удовольствие от пресной и практически безвкусной пищи, но ее бульон - это нечто, и Айк смаргивает выступившие слезы, отдуваясь, и делает еще один глоток.
- Отлично!.. Да этот бульон кого угодно на ноги поставит, хоть живого, хоть мертвого!..
Он осекается, хмыкает - что бы не поставило на ноги всех этих тварей, расползающихся по штату подобного раковой опухоли, ее бульон тут точно не при чем - да и шутить по этому поводу после вчерашних похорон ее приятеля не так чтобы ловко.
- А вот озера люблю - в старшей школе подрабатывал спасателем в закрытом бассейне для малолеток, но сама знаешь, какой бассейн сравнится с настоящим лесным озером...
Вообще-то, он не по такой херне - походы, кемпинги, романтика на берегу озера и все такое, хотя пару раз было, возил подружек подальше от города, чтобы трахнуть прямо на переднем сиденье рядом с какой-нибудь живописной лужей - но инстинкт, который ведет Айка по жизни и не раз сохранял ему эту самую жизнь, будто подсказывает, что сказать, чтобы ей его слова понравились, чтобы она поставила еще одну галочку в неком неведомом Айку списке.
А другой инстинкт заставляет его то и дело косить на ее бедра, представлять, как бы опрокинуть ее в одеяла, стаскивая штаны - или, может, ей больше понравится сверху? Наверняка понравится, такой-то крутой бабе - и Айк прямо чуть не плывет, представляя, как было бы славно завалиться с ней в койку, не подыхая от температуры, а вот всерьез, по-настоящему.

Думает ли об этом она, вот что его интересует - да впрочем, нверняка думает. Айку сложно себе представить, что кто-то может не думать в такой ситуации - ну вот они вдвом в этой хижине, у него давно никого не было, у нее, судя по всему, тоже, а если кто и был - так сейчас, с появлением этих тварей, правила изменились. Грустно, конечно, что, может, ее дружок превратился в такого вот плотоядного монстра - но она-то не превратилась, и Айк с уверенностью, которой в глубине души не чувствует, кладет руку ей на колено, отставляя почти пустую миску.
- А мы бы неплохо здесь с тобой поладили бы, а, сестренка, как думаешь? Ну, если я тебе по душе, конечно - ты-то мне с первого взгляда запала в сердце, хочешь верь, хочешь не верь... Ты не смотри, что я сейчас не в форме, я вообще-то парень хоть куда, ты не пожалеешь, хочешь, прямо сейчас докажу.
Куй железо пока горячо, такой вот нехитрой премудростью руководствуется Айк - и у него сейчас после этого бульона внутри горячо-горячо, так горячо, что Айк готов этим жаром щедро поделиться - только дай отмашку, а что она не из тех, кто от таких предложений в обморок падает или делает вид, будто не понимает, к чему он клонит, - это он уже понял. Не из тех, а вот из каких - ему и правда интересно.

[nick]Айк Росси[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][lz]<b>Айк Росси, 38^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz] - Даже длиннее, - заверяет ее Айк в ответ, широко улыбаясь. Ему не обидно, что она его динамит - во-первых, чего тут обижаться, дело житейское, да и он удочку забрасывал на предмет укрепления дружбы, а не вот ему смерть, если он не присунет, а во-вторых, отказывает она не обидно, с шуточками и прибауточками, да еще и заверяет, что оставаться он и так может, а большего Айку сейчас и не надо.
Крыша над головой, удобный диван, но котором ноги поджимать не приходится, уколы по расписанию, бульон этот - ну и чтобы было, с кем словом перемолвиться, так что он, понятно, не гнет дальше, а отваливается себе: лапу с ее колена убирает, допивает остатки бульона в миске и снова отрубается, пригревшись с полного желудка.
Делать особо нечего, так что он весь день спит - просыпается попить бульона, потрепать Радар между ушами, чтобы она совсем уж себя брошенной не чувствовала, да для укола, и, понятно, на таком лечении дело идет на лад. Его больше не знобит, кости не выкручивает, и когда Айк просыпается посреди ночи, то чувствует себя выспавшимся, свежим и бодрым как огурчик, хоть сейчас на танцы.
Танцев не предусмотрено, чем себя занять в чужом доме, он тоже не знает - вот и лежит на диване, прикидывая, как бы ему половчее дельце свое обстряпать и когда: если уходить, то тянуть не за чем, если он хочет по хорошей погоде до Хелены добраться, а если на тачке - то можно и не торопиться, до дождей еще времени вагон, да и дороги здесь хорошие, стоит только из леса выбраться.
Словом, есть о чем подумать - ну разве что ему слегка мешают все эти лесные звуки: то ветка хрустнет, то птица ночная разорется, то еще что. Радар, устроившаяся перед его диваном, тоже то и дело голову вздергивает - тоже, наверное, девочка городская, и Айк с ностальгией вспоминает никогда не затихающий шум большого города: вечный автомобильный шум, отсутствие полной, хоть глаз выколи, темноты, ругань соседей сверху или за стенкой, звуки чужого секса или детский плач, полицейские сирены, сработавшая сигнализация...

В лесу ничего подобного не услышишь, хотя полно других, так и ставших для Айка привычными, звуков - а вот женский сдавленный вскрик больше похож на городской фон, на тревожный городской фон, и Айк сразу же подбирается на своем диване, безошибочно определяя, откуда донессы вскрик. Радар тут же тычется мокрым носом ему в спущенную с дивана ладонь, и Айк чуть не подскакивает от этого знака внимания.
Слышит - потому что в хижине темно, так темно, как будто он находится в чернильнице, - как Айла поднимается со своей кровати за дверью, как выбирается из комнаты, даже в темноте находя путь к двери, сказывается долговременная практика, дергает дверь - проверят, заперто ли?
Айк провожает взглядом ее до кухни, а потом слышит, как тихо рычит Радар - тихо-тихо, почти на грани слышимости. Снова спускает руку - так и есть: шерсть на ее загривке стоит дыбом, как иглы у дикобраза. Псина жмется к его руке, Айк чувствует крупную дрожь, сотрясающую крупное поджарое тело овчарки.

Айк встает с дивана, сует ноги в снятые с мертвеца ботинки и тут слышит плывущий по комнате запах виски. Ага, значит, ему не показалось; может, она тоже мертвецов чует не хуже, чем Радар?
- Слушай, - он не знает, как сказать помягче, учитывая, что новости так себе, но разбираться с этим все равно придется, поэтому рубит с плеча, копаясь в своем рюкзаке и вытаскивая фонарик, - тут, походу, вокруг дома кое-кто шарится. Давай-ка я порешаю с этим, сестренка, идет? Можно было бы и до утра оставить, но тут ведь как - я почти уверен, что эти твари между собой если не общаются, то какие-то сигналы друг другу подают, а нахера бы нам, чтобы утром их тут целый десяток пасся?
Он поднимает свою беретту, но тут же откладывает - нет, вот уж точно будет все равно что приглашение на завтрак, где в качестве главного блюда они с Айлой и Радар. Зато возле двери он приметил неплохой пожарный топорик на длинной ручке, хороший инструмент на все времена, включая апокалипсис, и к нему-то Айк и идет, как есть, в трусах и в ботинках.
- Может, их всего ничего, одна или парочка - лучше сейчас разобраться, что думаешь? Ты поэтому вскочила? Услышала что-то?
Вообще-то, он хочет спросить, подстрахует ли она его - днем, понятно, и спрашивать бы не стал, ну, разве что их там целый десяток, что вряд ли, для такой-то глуши, - но вот ночью хочется, чтобы кто-то прикрывал спину, а на нее вроде как можно положиться. Днем точно можно было - но днем она не глушила виски, стоя босиком перед холодильником с таким видом, как будто заглянула в самый ад и ей оттуда приветливо помахали.
Радар, приседая на задние лапы, без всякой охоты тянется за ним - в свете включенного фонарика ее зрачки отливают кровавыми кляксами, нос сморщен в бесшумном рычании. Айк знает, как она боится мертвых тварей - а кто нет, кто нет, - и машет ей: оставайся на месте.
Толпе тут взяться неоткуда - а с парочкой он разберется, если они разом не навалятся.

[icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][nick]Айк Росси[/nick][lz]<b>Айк Росси, 36^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Вот и славненько: Айк так-то и не горит желанием один выпираться в ночь из крепкой хижины, хватило с него таких вот ночей, когда они с Радар не знали, можно ли доверять с трудом найденному убежищу и час за часом толком глаз не смыкали, Радар - чутко прислушиваясь, а он - сжимая рукоять ножа.
Нож и сейчас при нем - Айк сует его по привычке в высокий ботинок мертвеца, хватает с полки у двери фонарь и кивает вместо ответа: ну чего уж, решили, так надо выходить.
- Быстрее выйдем - быстрее зайдем, - тихо хмыкает он.

Ночная прохлада мажет его по голой спине, по ногам; воздух свеж и напоен ярким ароматом зелени - только вот больше не слышно птичьего присутствия. Айк ведет лучом фонаря перед крыльцом, готовый к тому, на них вот-вот повалят со всех сторон мертвые твари, но тварь только одна, гуляет себе по утоптанному пространству двора, и, заслышав шум открываемой двери и свет, бодро топает к крыльцу.
Айк обшаривает взглядом двор, прислушивается, держа тварь в свете фонаря, чтобы Айла по-быстрому с ней закончила и они огляделись, а когда понимает, что что-то не так, что она изрядно тормозит, тварь уже почти взобралась на крыльцо и вот-вот доберется до Айлы.
Почему она тормозит - у Айка нет догадок, он срисовывает форму на мертвеце, но не успевает понять, что это значит, что Айла, может, знала этого парня или испытывает сентиментальную привязанность к бывшим коллегам по цеху в целом, да и не кажется она ему настолько впечатлительной, чтобы дать до себя добраться вот так запросто.
Но как будто именно так и идет - она стоит, не шевелясь, бита лежит в безвольно опущенной вдоль тела руке, касаясь досок крыльца, пока тварь подбирается все ближе, перехватываясь за перила, будто так и надо, и Айк начинает подозревать, что дело неладно.

- Эй, - зовет он негромко, уже не уводя фонарь от твари, стоя позади Айлы и чувствуя себя бесполезным с топором. - Эй, сестренка, в чем дело?
Тварь все ближе - крепкий темноволосый мужик, форма порядком изношена, перед залит давно высохшей порыжевшей формой, брюки изгвазданы, кобуры на ремне не видно. Мертвец как мертвец ; Айк сразу же бросает взгляд на его обувь, но он босой, ступни искалечены брожением по лесу, грязь вперемешку с кровью облепляет кожу как самые уродливые в мире тапочки. Руки у мертвеца порядком погрызаны, должно быть, он защищался и был искусан, но сумел сбежать, а затем дело закончила уже инфекция, превратив его вот в это чудовище - и сейчас эту чудовище тянется своими граблями к Айле, а та стоит на одном месте, будто приклеенная.
Радар чуть слышно рычит за спиной Айке, стоя в дверном проеме, не торопясь выходить - и Айк ее отлично понимает, он бы и сам с радостью вернулся за крепкие стены, как только они разделаются с мертвецом, но в этом-то и беда.

- Да что с тобой? - уже громче спрашивает Айк, но ответа так и не дожидается, а тварь уже на верхней ступеньке.
Деликатничать дальше большая роскошь - так можно доделикатничаться до того, что ему придется разбираться уже с двумя тварями, одна из которых будет Айлой, так что Айк забивает на вежливость, кладет фонарь на перила и толкает Айлу в сторону, замахиваясь топором.
Сталь лезвия входит в череп твари с негромким чавкающим звуком и застревает. Тварь замирает, роняя грабли, Айк дергает топором, но вытащить его не так-то просто, и когда тварь начинает валиться навзничь, ему приходится упереть в грудь твари ногу и дернуть посильнее.
Топор свободен, а тварь валится вниз, зияя трещиной в башке. В выхваченном фонарем круге остаются ее ноги, неподвижные, теперь точно мертвые, и Айк оборачивается, находя взглядом Айлу.
У нее странный застывший взгляд, глаза как темные дыры в пергаменте. Айк ставит к стене топор, даже не удосужившись вытереть с лезвия кровь, частицы мозга и налипшие темные волосы, и ловит Айлу, бросая короткий взгляд на Радар - та, чуть осмелев, осторожно высовывается за дверь, шерсть на ее загривке все еще топорщится, но она уже не рычит, осторожно спускаясь по крыльцу, чтобы убедиться, что мертвец действительно мертв.
Айк с силой стискивает запястья Айлы, заглядывая ей в глаза:
- Эй, сестренка, что? Знакомый твой? Узнала его? Он чуть было тебя не достал - ты в курсе?
Он наполовину испуган, наполовину сердит: вот те на, как ее размазало, а казалось - кремень, а не баба.
- Все в порядке, ага? Я его кончил, пошли, пошли, хватит с нас, Радар предупредит, если что...
Но, если что, в следующий раз он один выйдет - это Айк насчет сегодняшней ночи уверен.

[nick]Айк Росси[/nick][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][lz]<b>Айк Росси, 36^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Айк до смерти рад оказаться в хижине - забирает у Айлы предложенную холодную бутылку, встряхивает и отпивает, не чинясь. Виски из холодильника, то, что надо, пробирает холодом до печенок, а потом разгорается жаром, вытравляя холод и изнутри, и снаружи. Айла больше интереса к бутылке не проявляет, устраивается на диване, прямо в одеяльном гнезде Айка, треплет жмущуюся к ногам Радар, поглядывающую на топор у двери с беспокойством - так что Айк не торопится отдавать виски, отпивает еще, убеждаясь, что плотные ставни закрыты, и включает неяркий светильник на столе у дивана, перегибаясь через спинку.
- Да ничего, перемкнуло и перемкнуло, - соглашается с готовностью, только ей, кажется, его согласие до лампочки, она будто и не слышит - продолжает говорить, и вот теперь, как будто рухнула какая-то плотина внутри нее, она даже кажется Айку разговорчивой.
Он слушает, что она рассказывает о приснившемся ей кошмаре - врубается, что это о том парне, которого они похоронили, вернувшись из города, и врубается, что да, с такого не удивительно,что ее перемкнуло.
Ему в этом смысле везет - к нему никто во снах не приходит, ни те, с кем он до этого пиздеца был близок, ни те, с кем успел разделить случившийся кошмар, и если есть, кого за это благодарить, то Айк и правда благодарен, а вот она, значит, похвастаться везением таким не может.

Ну, ему и правда не трудно посочувствовать - она-то к нему со всей душой отнеслась - так что он перемахивает через диван, присаживается рядом, готовый участливо держать ее за руку и угукать столько, сколько нужно: сна ни в одном глазу, он за прошлый день отоспался, кажется, на неделю вперед, а ей, походу, сейчас уж точно не помешает участие и поддержка.
И не только.
Айк, собирающийся было снова отпить, замирает с бутылкой, смотрит на нее, готовый рассмеяться, если она скажет, что, мол, пошутила - но она не говорит. Вообще ничего не говорит, вроде как ждет от него ответа - и он смотрит на нее уже внимательнее, обегая взглядом сверху донизу.
Она смугловата, неяркий свет ночника подчеркивает высокие скулы, полные, четко очерченные губы, теряется в ложбинке между грудями в вырезе майки на лямках, и смешливое выражение с Айка само сползает, когда он ловит ее взгляд, такой же оценивающий.
Видимо, она находит приемлемым то, что видит - да и он склонен счесть ее сексапильной, несмотря на угрюмость и крутой нрав. Ну, может, она малость худощава, на вид - сплошь мышцы, но вполне в его вкусе, и Айк снова хмыкает.

- А как же три свидания и колечко? - Язык у него быстрее мозгов работает, и он сам уже не рад, что спросил, предвкушая, как она сейчас решит, что он и впрямь слишком много болтает, и пойдет к себе досыпать. - Ясное дело, хочу.
Не то что только об этом и думает - да и любование на мертвую тварь настроения не вот добавляет, но тут ведь как, грех отказываться. Когда там в следующий раз ему такой шанс выпадет - и пожрать от души, и отоспаться, да еще в настоящем доме, ну разве что в той Хелене, куда он так надеется добраться, но Айк не из тех, кто живет надеждами, когда ему прямо потрахаться предлагает симпатичная баба.
Особенно когда на эту бабу - а точнее, на кое-какое ее имущество, - у него планы, и хорошо бы ему зацепиться здесь получше, перекантоваться, пока то да се.
- Тут останемся или к тебе пойдем? - спрашивает вроде как из вежливости, а сам уже бутылку на пол опускает и тянется к сидящей тут же Айле, сгребая ее обеими руками. Она и правда вся плотная, напряженная, только что не подрагивает, будто натянутая тетива, и Айка даже азарт разбирает - с чего бы это ее потянуло?
Вряд ли из-за того, что он тут в трусах дефилирует - у баб это все вообще иначе работает, - да и мертвая тварь перед крыльцом тоже не вот настроения добавляет, но, обрывает он сам себя, потянуло и потянуло - она с ним не это обсудить собирается.
Она с ним вообще ничего обсуждать не собирается - ну и ладно: Айк тянет с нее майку, лапая взглядом небольшую торчащую грудь, точь в точь к ее остальной фигуре, подается ближе, опрокидывая в одеяло, шарит в складках пледа, спустившегося ей к бедрам, прихватывая между ног.
Радар коротко и вопросительно разок скулит, встает передними лапами на диван, может, думает, что у них тут терапевтические обнимания после встречи с мертвецом и она тоже приглашена, и Айк осторожно отпихивает ее ногой подальше, продолжая изучать чужое тело под собой, отдавая должное и ее груди, и крепким бедрам.
- Ты как любишь, побыстрее, помедленнее, с поцелуями или без? - продолжает болтать, подцепляя и стаскивая вниз собственные трусы. - Я вот целоваться люблю страсть как, тебе как, ничего?

[nick]Айк Росси[/nick][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][lz]<b>Айк Росси, 36^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
По его мнению, отлично у них дело идет - она не из стеснительных, не ломается, любит по-быстрому и против поцелуев не возражает, в общем, все, как ему нравится, и отвечает на поцелуй так, что он быстро съезжает на нужный настрой, и шутки шутит, и руки в дело пускает. Он еще слегка беспокоился, как дело пойдет - все-таки последние недельки выдались так себе, да и прошлой ночью прибило его порядочно, - но зря: стоило ей пару раз обхватить его член твердой горячей ладонью, так у него и вкус к жизни появляется, и нормальный такой стояк, дальше только в путь.
Ну, в путь так в путь - он быстро ориентируется, что ей от него тоже не томные наглаживания нужны, прихватывает ее и спереди, и сзади покрепче, можно сказать, без всяких предварительных ласк обходится, раз уж она гостеприимно ноги раздвигает и так с размаху в него вжимается, что непонятно, кто кого еще трахает.
Но, в общем, если ей малость суховато и непривычно - вида не подает, а уже через пару минут Айк и вовсе уверяется, что никаких проблем, потому что подмахивает она ему бодро, всаживает короткие ногти ему в плечо, вроде как еще ближе прижимается, забрасывает пятки ему за спину и погнали. Что и говорить, горячая баба - ну или настроение у нее такое, Айк, в общем, приятно удивлен и поражен таким сюрпризом, и выкладывается по полной, уверенный, что только быстро и выйдет; он бы, наверное, долго и в лучшей своей форме не продержался, с таким-то темпом, с тем, как она выгибается, как в ответ дергает бедрами.

Может, она врубается, что так он быстро выдохнется - и избавляет его от необходимости просить передышку, которая, поди, никакого мужика бы не украсила; дергает, тянет, тормошит, пока до него не доходит и он не переворачивается, садясь на всех этих одеялах, и она тут как тут, насаживается сверху, и тут уж до Айка в самом деле доходит, кто кого трахает.
Радар, заняв место стратегического наблюдения на половике у дивана, с интересом наблюдает - но лезть больше не лезет, и за это спасибо; Айк сосредотачивается на том, как Айла на нем скачет, выдает все, на что способен, и ему, в общем, даже нравится. Нравится, какая она напористая на грани с грубостью, нравится, какая целеустремленная - нравится и то, что она сама предложила потрахаться. Что уж там у нее изменилось, дело ли в кошмаре и прибредшей к хижине твари - пусть так, Айк не в претензии, к тому же, он как вспоминает мертвеца за дверью, а за ним и всех других мертвецов, совсем и не-совсем, что он успел повидать за все это время с начала пиздеца, так все это даже как-то острее становится, лучше.
Мол, они там и мертвы - а они с этой бешеной бабой живы, и не только живы, а еще и трахаются, так трахаются, как, ей-богу, не в каждом порно увидишь, потому что в порно все притворство и есть, а здесь Айк прямо чувствует, что она с него с живого не слезет, пока не кончит.
А если он первым кончит - ну, он вовсе не уверен, что она его за такие фокусы из дома не выгонит, вот как она на нем скачет.

- Детка, я много раз могу, - заранее подстилает соломки Айк, на тот случай, если она все-таки не успеет, - и вообще по-разному могу, и... О, черт! Черт! Сейчас кончу!..
Но не кончает - до смерти хочется посмотреть, как она это сделает, ну и вроде как не ударить в грязь лицом, после всей своей болтовни. Обычно ему без разницы, насколько его обещания с делом расходятся - врет он так же легко, как дышит, - но тут вроде как вопрос чести, так что он и правда старается: мнет ей сиськи, накрывая сразу обе распяленной ладонью, придерживает другой рукой за задницу, давая откинуться на члене, а сам в деталях вспоминает мертвеца, что к ним из леса вышел, во всех мерзких подробностях: и запашок этот, потому что редко кто помирает чистеньким и свеженьким, и остановившийся мутный взгляд, и отвисшую нижнюю челюсть... Оргазм на время отступает - настроение не падает, с этим порядок, учитывая, что перед ним за зрелище и как она чуть ли не душу в их трах вкладывает, но так он, по крайней мере, еще продержать может, и тут уж ему не до поцелуев, вообще не до чего, кроме ее тела под руками, и того, как она на нем скачет, будто и в самом деле хочет вытрахать из себя это оцепенение, что ее на крыльце накрыло.

[nick]Айк Росси[/nick][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][lz]<b>Айк Росси, 36^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Кончает она здорово - оно того стоило, считает Айк, которому вообще-то и смешно, потому что Радар подвывает дуэтом, и лестно от всех этих стонов, и пока Айла смеется, так с его члена и не слезая, он малость коней придерживает, кайфуя не столько от ощущения внутри нее, сколько от вообще всего вместе. От того, как они хорошо устроились, как им хорошо друг с другом вот так и сейчас - и что ей тоже хорошо, и физически, и вообще.
Но и второго приглашения не ждет - сцеловывает смех с ее губ, снова опрокидывает ее в одеяла, целует куда-то за ухом, по шее, спускается по четкой линии позвоночника, мягко оказываясь сзади, уже предвкушая, какая она сейчас там будет, как глубоко он в ней сможет оказаться, в своем темпе, в своем кайфе, получив это приглашение.
И разрешение.
Что уж там стоит за разрешением не вытаскивать, Айк не собирается выяснять прямо сейчас - спираль, таблетки, что-то еще, мало ли причин, по которым ей забеременеть не светит, да это и не тема для разговора посреди задорного этого траха, когда ему всего ничего осталось, чтобы дать последний залп. Резинок у него все равно нет - она тоже не предложила, а вытаскивать... Ну, можно и вытащить, но, понятно, это урезанный вариант - а у них тут, значит, все по первому разряду.

Пристраиваясь к ней сзади под поскрипывание дивана, Айк воровато бросает взгляд ей между ног - говорить о таком не принято, но на такой вид большая часть мужиков залипает, и Айк не исключение, к тому же, сейчас, когда они первую неловкость вроде как благополучно преодолели и она им явно довольна, то и ноги не сдвигает, верная своему приглашению.
Любезность за любезность, и Айк гладит ее по бедру, поустойчивее устраиваясь на коленях, обхватывает за талию - она горячая, куда мокрее, чем когда он присунул ей впервые, куда податливее, и, как ему кажется, куда ответнее, хоть и без этой жадности.
Сейчас они уже оба знают, как это, пообвыклись с ощущением тел друг друга, освоились с этими смешанными терпкими запахами - ничто, с точки зрения Айка, так не упрощает попытку подружиться, как хороший трах, но и о себе он тоже забывать не планирует, раз уж она не против быть благодарной.
- Любезность за любезность, все так, - весело фыркает он, постепенно разгоняясь, доводя себя до того же уже взятого рубежа, за которым только финиш.
И, в качестве любезности, снова мнет ее сиськи, дотягивается до плеча, высовывая язык, оставляя мокрую дорожку - он тактильный, ему нравится это, нужно это, быть целиком с бабой, которую он трахает, и чтобы она тоже с ним целиком была. Это не про любовь, не про что такое, даже не про верность, Айк и верность разными дорожками ходят, он про это даже и не думает, но вот в моменте, в моменте он хочет быть так близко, как только может, как будто им и правда получится стать единым целым, пусть и на пару минут.

Он спускает руку ниже, ей на лобок, еще ниже, задевая мокрые складки, мягко перекатывающиеся с каждым движением его члена - и вот так и приплывает, уткнувшись подбородком ей в плечо, вбиваясь в нее без той нетерпеливой жадности, но размеренно и глубоко, и только в конце ускоряясь, чтобы кончить, как она и сказала, не вынимая.
И даже после не вынимает, опускается прямо на нее в одеяло, обхватывает покрепче, глубоко и сыто выдыхая: ну не охренеть ли.
- Охренеть ты по этому делу, сестренка, - ничего, кроме этого незамысловатого комплимента, ему и в голову не приходит, но сейчас Айку хочется возместить их совсем короткую, практически пропущенную прелюдию, и он целует Айлу глубже, выворачивая шею, находя ее рот, хватается мокрой рукой за грудь, изучая тугой твердый сосок, переплетаясь с ней ногами, как будто собирается сплестись в единое существо. - Любого затрахаешь, живешь тут в лесу, как те девки, знаешь, заманивают мужиков и это самое...
Но сейчас Айк однозначно уверен: никто, ни один из мужчин, попавшихся в такой плен, не возражал и не жаловался. И он тоже не жалуется- и не возражает, и эта пост-прелюдия, она про это: ему страсть как понравилось с ней, и она тоже страсть как нравится, все ее тело, плотное, поджарое, мускулистое, и ее суровость, и ее жадность до ебли.

[nick]Айк Росси[/nick][status]ты посмотри на эту рожу повнимательней[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/0019/ec/62/4/610804.jpg[/icon][lz]<b>Айк Росси, 36^y.o.</a></b><br><i>поденщик</i>[/lz]
Айк сначала фыркает, а потом и вовсе негромко смеется ей в плечо, оценив историю, пока она прижимается задницей к нему еще ближе, не делая ни попытки сползти с его члена - и иронию, которая в истории этой заложена: не счесть, скольких женщин он завалил благодаря хорошо подвешенному языку, и хотя некоторым его болтовни и правда бывало и слишком много, он прекрасно знает, что вовремя отпущенная шуточка или ненапряжная болтовня расслабляют.
Он частенько пользуется этим приемом, чтобы усыпить бдительность - и с Айлой этой прибег к тому же трюку, и, как ему кажется, может себя поздравить с успехом: двое суток назад они с Радар сунулись в тот проклятый город, где чуть богу души не отдали, в надежде разжиться лекарствами от простуды и едой, не особенно рассчитывая найти других живых, а теперь посмотрите на них - Радар сладко растянулась на мягкой подстилке, а он отлежался в настоящем доме, пусть и в какой-то медвежьей глуши, его кормят и поят, и только что всласть трахнули.
Так что, может, дева она и ледяная - но пизда у нее вполне себе горячая, и в эту самую пизду Айк себе ход проложил не одним лишь жалким видом.

- Ну, поговорить или не поговорить, а на одном стояке далеко не уедешь, - высказывает Айк житейскую мудрость, отсмеявшись, а сам прижимает ее спиной к себе покрепче, устраивая ладонь у нее сразу на обеих сиськах, даром что не вот самых больших, что он в жизни видел, но упругих, ладных, так бы и тискал, засыпая, а проснувшись, снова за дело. - Старик, походу, по молодости был тот еще ходок - вот и сообразил, что этой ледяной бабе нужно, как ее пощекотать да с какой стороны...
Ему вообще-то кажется, что это она про себя - ну, не буквально, конечно, не прямо, но а что, похоже. Не в том смысле, что он как этот старик из ее истории, у которого уже не стоит, и он ей только что доказал, что стоит у него нормально, а в том смысле, что она как та дева. Холодом его обдала в Биллингсе - чуть не пристрелила, сперва вообще хотела утром докинуть до дороги и распрощаться, а теперь, ты посмотри, теплая, мягкая, расслабленная даже под его рукой, и Айк, воодушевляясь все сильнее, сиськи ей тискает уже вполне себе с намеком и целеустремленно, думая, что, может, его и на второй заход хватит, а если не хватит, то он придумает, как порадовать ледяную деву, чтобы она и дальше не торопилась от него избавляться, пока он сам не решит свалить.

Ну и дожидается - она ему прямым текстом, как только что потрахаться, предлагает остаться, насовсем, типа того, остаться, жить тут с ней, и на короткий такой момент Айк даже думает, а может, и правда.
В койке они очевидно поладили - и дальше наверняка ладить будут, даже если ей потрахаться раз в месяц чешется, у него обе руки на месте, а в Хелене, как он в самом деле думает, вряд ли сейчас дела настолько хорошо идут, что только его члена там не хватает, - Радар к ней с симпатией, причем взаимной, а если все и правда так, как она расписывает, то впроголодь тут жить не придется, да и в такую глушь и мертвец только если случайно забредет, так почему бы...
Но затем он сам себя обрывает: потому. Он себя знает - и знает, как у него с этим делом; пара недель, месяц, три месяца - и ему наскучит это все, жить, будто отшельники, будто последние выжившие в целом, мать его мире, одно и тоже лицо напротив, одни и те же истории, изо дня в день, все одно и то же. Это просто не для него - ему нравится, когда слушателей много, когда они меняются и он может заново рассказывать истории, а то и придумывать новые, если старые надоели. Свою историю заново придумывать - как будто разные жизни проживать, ну и что это за дело, они так хорошо сейчас поладили, право, будет жаль, если через полгода надоедят друг другу до оскомины, и будут торчать в этой хижине, даже не зная, что вакцину уже изобрели и вся эта хрень в прошлом.
Так что нет - нужно придерживаться своего плана: набраться сил, понадкусывать все, что она ему так щедро предлагает, и свалить. Жаль, конечно, что придется тачку у нее угнать, вот это в самом деле жаль, но, с другой стороны, она-то явно не собирается искать место получше - так что не такой уж это и дерьмовый поступок, все равно, что забрать ботинки у мертвеца, которому они теперь без надобности.

На все эти размышления ему много времени не требуется - но, наверное, со стороны кажется, будто он и впрямь над ее словами как следует задумывается, даже сиськи ей наглаживает уже не так рьяно, вроде как занят прикидками, что да как, - так что когда Айк отвечает, звучит это убедительно, обдуманно, можно сказать, звучит:
- Я, конечно, планировал другое, но, сестренка, ты, походу, права, и, если не шутишь, я бы и впрямь остался, - для большего веса своим словам он целует ее в горячее плечо, двигает бедрами, убеждаясь, что она все еще ноги не сдвигает и вроде как не прочь поглядеть, что у него насчет второго захода, - я ж не врал, когда говорил, что ты мне в сердце запала, ну и кой-куда пониже, да и вообще, дом у тебя и правда хороший, а мужик в хозяйстве лишним не будет, да, киска? И с рыбалкой помочь, и с охотой, и поговорить, и не только поговорить... Как насчет второго раза, а? Закрепить договор и все такое. Тоже любишь по-быстрому?
Айк давно уже не следит за соотношением правды и лжи в своих словах - да и потом, не так это и важно. Намного важнее звучать убедительно, а уж как убедить бабу, которая с тобой голышом кувыркается, двух версий быть не может, так что он возится на диване, устраиваясь на спине, заглядывает ей в лицо, когда член с влажным звуком выходит, и ухмыляется:
- Дай мне пару минут, киска, а то и минуту, если ноги сдвигать не станешь - и я буду в полной готовности, - по крайней мере, когда он снова возвращает ладонь ей на грудь, а второй обхватывает собственный член, то точно не лжет: немного правды иногда не повредит.